Кирилл Серебренитский: Восточный Бонапартистский Комитет: эскиз истории I.

 Официоз: Восточный Бонапартистский Комитет создан 15 августа 2006 года в Москве и в Самаре (Россия). Изначальная цель — создание инициативной группы Российской Ассоциации потомков комбатантов Великой Армии. В 2009-2011 гг. созданы резидентуры ВБК в Казахстане (Уральск), Украине (Ивано-Франковск, Киев, Запорожье, Полтава), Беларуси (Минск), Болгарии (штаб-квартира в Москве).  Наследственные депозитарии  исторической преемственности  Восточного Бонапартистского Комитета:  Кирилл Серебренитский (Москва; прямой предок — Станислав Халка-Ледуховский герба Шалава, первый канцлер Министерства Полиции 1807-1813, и. о. Министра Полиции 1809 Великого Герцогства Варшавского; племянники последнего — граф Игнацы Хилариуш Халька-Ледуховский герба Халка, капитан конной артиллерии Великой Армии и граф Владислав Томаш Равита-Островский герба Равич, капитан конной артиллерии Великой Армии), Марта Либишовска-Южвяк герба Венява (Варшава, Польша, предок — Джоакино Наполеоне I Король Обеих Сицилий, он же Жоашен Мюрат, Маршал Франции, а также Александр Бертье, владетельный принц Невшательский, герцог Ваграмскй, маршал Франции); Белла Гартвиг (Самара, предок — солдат  Великой Армии), Алексей Плансон (Санкт-Петербург, предок Антуан де Плансон де Риньи — су-лейтенант Великой Армии), Марина Кловвэ-Васютинская герба Корчак, (Санкт-Петербург, предок — Тадеуш Лахно-Васютинский герба Корчак, офицер кавалерии (полковник?) Великой Армии);  Виктория Лансере (С-Петербург, предок Поль Лансере, шеф д эскадрон Великой Армии), Рина Куртикова (Москва, предок — Базыль Гаржибовский , солдат кавалерии Великой Армии), Антон Малашенко (Москва, предок — солдат Великой Армии), Ванда Ярмолинская герба Корчак (Барнаул, предок — минский шляхтич Ярмолинский герба Корчак,  агент разведки Французской Империи и Княжества Варшавского).
К началу 2008го ВБК перестал быть замкнутым объединением потомков наполеоновских солдат и офицеров. Под эгидой Комитета постепенно сложилась оперативная группа, интересы которой — в сферах политических технологий, прикладной психологии, социальной антропологии.

Комментарий для журнала «Эхо планеты» (Москва):

ВБК основан в 2006 году, в двух городах сразу — в Москве и в Самаре, в августе (дни, когда мы обсуждали этот проект, как раз захватили и 15 августа — день рождения Наполеона, официальный праздник Первой Империи).

Главный импульс — это публикация моей первой трёхстраничной статьи в «Вокруг Света», о казаках-французах: был внезапно хороший отклик — и от редакции, и от читателей, (хотя, казалось бы, — тема весьма вычурная), и мы полагали, что будущее пректа — безоблачно.

Вообще-то мы намеревались создать ассоциацию потомков комбатантов Великой Армии в России, — такого рода организации существуют и достаточно активно действуют, — в Италии, например. Но в 2006ом у меня были только 2-3 адреса, в разных городах, и несколько фамилий, выписанные из телефонного справочника Москвы, — там значатся, кстати. фамлии Наполеон, Бонапарт и Мюрат. Поиски потомков комбатантов — это сама по себе проблема, прежде всего — научная, этнопсихологическая, если угодно: грандиозное полевое исследование, — это как раз моя основная профессия, я всю молодость — до 2003 года — провёл в полевых экспедициях.

Для таких проектов совершенно не нужно всё то, с чего обычно начинается общественная деятельность: писание уставов, выборы правлений, наращивание поголовья членов. Мы — эмпирики, и наш Комитет — не общественная организация, а  оперативно-тактическая группа, которая способна превратиться, по необходимости, во что угодно: в политическую структуру, в артистическую студию, в  перманентную полевую экспедицию.Восточный Бонапартистский Комитет основан в 2006 году, в августе, в двух городах сразу – в Москве и в Самаре, в августе (дни, когда мы обсуждали этот проект, захватили  и 15 августа – день св.  Наполеона, официальный праздник Первой Империи).
Главный импульс создания Комитета – это публикация моей первой трёхстраничной статьи в “Вокруг Света”, о казаках-французах: был внезапно хороший отклик – и от редакции, и от читателей, (хотя, казалось бы, – тема весьма вычурная), и мы полагали, что будущее проекта – безоблачно.

Вообще-то мы намеревались создать ассоциацию потомков комбатантов Великой Армии в России, – такого рода организации существуют и достаточно активно действуют, – в Италии, например. Но в 2006ом у меня были только 2-3 адреса, в разных городах, и несколько фамилий, выписанных из телефонного справочника Москвы, (там значатся, кстати, фамилии Наполеон, Бонапарт и Мюрат).

Поиски потомков комбатантов – это сама по себе проблема, прежде всего – научная, этнопсихологическая, если угодно: грандиозное полевое исследование. Это как раз моя основная профессия, я всю молодость – до 2003 года – провёл в полевых экспедициях. Так что для создания ассоциации нужно было не выборное правление, как с этого, обычно, начинают, и не учреждение общественной организации, а – оперативно-тактическая группа, которая смогла бы развернуть такую перманентную экспедицию.

Соучредители ВБК в 2006ом – я, Кирилл Серебренитский, профессиональный этнолог, к тому времени я навсегда уехал  из Самары и  год жил в Москве. Затем: Белла Гартвиг, тоже историк, доцент из Самары (предположительно её предок – солдат Вюртембергской дивизии Великой Армии) и Дмитрий Кузнецов, (Самара), профессиональный берейтор, охотник, иконописец, саксофонист, вообще – авантюрист (и казачий вахмистр),  он погиб при неясных обстоятельствах в августе 2009го), а также Арина Смирницкая (Москва), рекламный дизайнер.
Мои самарские соратники – это мои коллеги по этнологическим экспедициях: Белла Гартвиг – мы с ней работали в НИИ Языки и культуры Поволжья и Дмитрий Кузнецов  – он ездил со мной в экспедиции в качестве волонтёра.
После выяснилось, что у нас есть нечто общее: мы все — сыновья и внуки офицеров (самый знаменитый – дед Арины, генерал-лейтенант Николай Николаевич Смирницкий, сотрудник Королёва, потом —  начальник управления стратегических ракетных вооружений, заместитель Главкома ПВО СССР, — вполне историческая фигура);

Название ВБК – из “Графа Монте-Кристо”: “бонапартистский комитет” – это структура, из-за которой Дантес попал в казематы. Восточный – потому что в то время меня очень увлекал проект поисков потомков комбатантов в Иране (там в 1817-1822ом группа наполеоновских офицеров создавала первые регулярные формирования), ну и казаки-французы на Южном Урале – это ведь тоже – к востоку от Франции.
Потом выяснилось, что существует Центральный Бонапартистский Комитет, на Корсике, основанный в 1908 году. Но в 2006ом я этого ещё не знал, так что название наше — отчасти мистическое предугадание: Центр бонапартизма — родина Бонапарта; а мы — авангард на Востоке.

Позже мы отказались от проекта сотворения обширной ассоциации, и вообще отчётливо осознали, что ориентальный бонапартизм, русский бонапартизм – явление, которое никогда не будет массовым, и – это чудесно, на мой вкус. Сама по себе это формула – парадоксальная, и уже наше наименование – это маленький когнитивный тест. Бонапартист-ориенталист, ориентальный бонапартизм — это сам по себе достаточно изящный оксюморон  (исходя из того, что бонапартизм всегда воспринимался как апофеоз оксидетнализма) Восток Запада и Запад Востока.

ВБК начал активно действовать с осени 2008го, до этого ВБК оставался только пунктирно намеченным в воздухе проектом. Я в основном сидел в библиотеках и архивах, изредка встречался с потомками комбатантов  в Москве и в тех городах, куда заносила судьба.

Появились новые сподвижники Никита Редько, экономист из Уральска, Казахстан, – член Межднародного Наполеоновского Общества, самый настоящий идейный бонапартист, словно случайно провалившийся в современный Казахстан из Франции какого-нибудь 1824 года, Сергей Жагат – студент-историк из Тольятти, Янина Пинчук – студентка из Минска (страстный адепт дона Аугусто Пиночета),  философ Олег Гуцуляк, из Ивано-Франковска, кандидат философских наук, преподаватель Прикарпатского университета, он же – руководитель революционно-консервативного движения Восточная Фаланга и директор Института стратегического анализа нарративных систем, Константин Рахно, кандидат исторических наук, доцент из Полтавы, также член Восточной Фаланги.

ВБК по характеру своему не может быть политической структурой, но Восточная Фаланга (преимущественно украинская организация, традиционалистская и консервативная, ориентированная на духовную преемственность от знаменитой испанской Фаланги маркиза Примо де Ривера), стала в какой-то степени нашей политической ипостасью.

В 2010ом в Комитет вошла Вера Щербина-Болгарова, из Москвы, религиовед  по образованию (сейчас она работает в сфере рекламной аналитики); она в значительной степени оживила деятельность Комитета, и возглавила резидентуру в Болгарии (как  гражданка этой страны, где она часто бывает).

В последнее время с нами  – Рина Куртикова, психолог (Москва), и Виктория Лансере – Петербург. Сородич Рины – Базиль Гаржибовский, польский улан Великой Армии, а семья Лансере очень известна, их предок – наполеоновский майор (шеф де батайон) Поль Лансере. Я поддерживаю контакты с несомненными потомками офицеров Великой Армии Виктор Плансон, графиня Ольга Шамборант, Марина Кловвэ-Васютинская, потомки нескольких литовских и польских фамилий, представители которых были офицерами Великой Армии; вот недавно – 19летний Алексей Гедройц-Юрага, из известного дворянского рода, его предок – офицер Великой Армии.  14 июня 2012го  отозвалась на наш призыв Марта Либишовска-Южвяк, из Польши, – она прямой потомок короля Жоашена Мюрата (её предок граф Агенор Голуховский женился на принцессе Анне Мюрат), а также потомок начальника штаба Великой Армии — Александра Бертье принца Невшательского, Маршала Франции. Сейчас вот Сергей Жагат пробует обосновать фамильное предание, что его предок – офицер  Жан Жаго, и Олег Гуцуляк предположил, на основании некоторых данных, недавно выясненных, что его прапрадед — Томмин, — тоже один из ветеранов Великой Армии. В августе 2012го к нам примкнула певица Ванда Ярмолинская герба Корчак, директор Дома Польского в Барнауле; из её семьи — загадочный минский шляхтич Корчак-Ярмолинский, шпион Наполеона, который во многом предопределил события 1812 года.

По крайней мере, одно обстоятельство выявилось: оказалось что у всех тех, на ком держится  ВБК, – (Арина Смирницкая, Рина Куртикова, Никита Редько, Янина Пинчук, Олег Гуцуляк, Сергей Жагат, Ванда Ярмолинская, Микела Бережинская, горный инженер из Перми),   – да почти у всех, поголовно, —  так или иначе есть в жилах польская кровь, так что – каждый из нас может действительно оказаться потомком солдата или офицера Великой Армии. Через Великую Армию  прошло почти сто тысяч поляков.

В ВБК нет чётко фиксированного членства, так что затрудняюсь сказать – сколько у нас человек сейчас : 10 -20, может – до 50, если считать всех, кто поддерживает с нами связь и выражает нам одобрение. Впрочем, это совершенно неважно, сколько нас. Мы — первые, нам нужно просто придумать и сотворить знамя восточного бонапартизма, высветить идею. А там уж — сама идея стянет вокруг себя людей достаточно интеллектуально отважных,  достаточно авантюрно восприимчивых и достаточно европейски свободных. Если мы всё сделаем правильно, конечно.

 

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS
Метки: , , , , , . Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Это не спам.
сделано dimoning.ru

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.