Кирилл Серебренитский: Остров Харг: Восточный бастион Западной Империи. Часть I.

Это маленький остров, Харг, всего — 24 квадратных километра; координаты — 29° 22/01; N 50° 30/00 E .
В античные времена тут стоял зороастрийский храм (руины сохранились), в средние века — большой несторианский монастырь (руины сохранились сравнительно хорошо).
Сейчас остров достаточно плотно населён, около 10 000 жителей, — по сути, это просто иранский городок, словно оторвавшийся от берега. Он причислен к остану Бушир; до суши от Харга — 25 километров, тринадцать с половиной морских миль.

Остров Харг — на севере Персидского залива.Эта территория Исламской Республики Иран. Ирану остров принадлежал всегда, уже — тысячелетия.

Точнее, почти всегда.

** Если искать сообщения об острове Харк в интернете — то в первые секунды кажется, что он в самом средоточии внимания всего мира: девятый вал информации накрывает с головой. И там, на крохотном острове — идёт непрерывная, многолетняя, яростная война. Но  сражения, кипящие на острове, над островом и вокруг острова — воздушные, морские, наземные операции, — это всего лишь знаменитая компъютерная игра, Battlefield, Поле Битвы.
Настоящий остров Харг пребывает сейчас в забвении. Даже искать сведения о нём весьма трудно: его название на фарси — в русской транскрипции звучи различно: Харк, Харг, Карг, Карк, Харак, Карак, Карек, Хараг. В европейских языках обычно остров именуется — Kharg или Khark.
Даже искать сведения о нём весьма трудно: его название на фарси — в русской транскрипции звучи различно: Харк, Харг, Карг, Карк, Харак, Карак, Карек, Хараг. В европейских языках обычно остров именуется — Kharg или Khark.
Впрочем, в средоточии внимания он действительно был — несколько раз. В ХХ веке сначала о нём стали писать все, кто имел отношение к нефти: Харг в 1970х оказался в зоне огромного нефтяного месторождения Darius, и начался очень короткий период благоденствия островка. Быстро были воздвигнуты гигантские нефтяные терминалы (по некоторым сообщениям — самые большие в мире), и де-факто остров превратился в нефтяной оффшор.  Вокруг терминалов стремительно вырос нефтяной городок, тоже  Харг. Остров превратился в плавучий город.
СМИ постоянно поминали Харг с 1982го по 1986ой; в Персидском залива шла война Ирака и Ирана, и иракские ВВС постоянно атаковали остров. Тяжёлые бомбардировки уничтожили и городок, и терминалы. Ещё немного, и сам остров мог превратиться в скопище обожжённых мёртвых скал.
Война закончилась в 1988ом. Но саддамовский Ирак по-прежнему предъявлял претензии на эту часть Залива, и Харг так и оставался под иракским прицелом. Новая война в Персидском заливе, удар союбзных сил по Ираку в 1990-1991ом, снова притормозила восстановление острова. Харг заглох, и сейчас остаётся на периферии интересов — и правительств, и нефтяников.

** На протяжении века XVIII островок Харг был достаточно притягателен для Европы: Ост-Индийские компании великих морских держав, — Британии, Франции, Голландии, — упорно искали возможности проникновения в Иран. Древний порт Бушир казался наилучшей морской дверью в эту замкнутую шиитскую Империю; а Харг мог оказаться хорошим геополитическим ключом к этой двери.
Поначалу расторопнее прочих оказались голландцы: с 1746го по 1768 года Нидерландская Компания Ост-Индии арендовала этот островок и выстроила там факторию. В 1769ом голландцы были вытеснены, и на острове обосновалась Французская Компания; но в эти годы Франция терпела поражения на всех морях — во время колониальной войны с Британией; и французы не смогли закрепиться на этом острове.

** Сорок лет спустя — настало время, когда на протяжении года этот персидский островок снова оказался на самом острие внимания всей Европы. Более того: в это время непрерывными войнами грохотала Европа, вся, от Испании до России, и — словно гигантское ядро, долетевшее до глубин Центральной Азии, — могла взорваться на севере Персидского залива война имени острова Харг.
Тринадцать с половиной месяцев, — с 26 января 1808 года по 12 марта 1809 года, — этот остров входил в состав Французской Империи; и был, — точнее, предполагался быть, — первой, решающей базой великого восточного проекта Наполеона. Император постоянно твердил об этом острове, читал реляции, в которых упоминался Khark, и сам
постоянно писал это короткое слово в секретных инструкциях и приказах.

** Весной 1807го Наполеон лично пребывал на Востоке. Точнее, в стране, которая считалась востоком относительно Франции — в Польше. Туда, в ставку в замок Финкенштейн, в самом конце апреля 1807го, к Императору крайнего Запада прибыл посол Императора глубинного Востока — Мохаммед Реза-хан. Именно в Польше началось проникновение Франции — снова, после провала попытки 1801 года, — к границам Индии. Иранский посол сообщил: его монарх, — Шахиншах-и Иран воджуд-и ала Хазрат-и Агдас-и Хомайун, — готов к союзу с Императором Ференгов.
В мае 1807 года из Варшавы в мае 1807 года Наполеон отправил морскому министру адмиралу Декре депешу высшей степени секретности: начать подготовку флотилии для отправки экспедиционного корпуса  в Иран. Наполеон предполагал создать корпус из 4 000 штыков отборной пехоты, и придать ему артиллерию — в 50 орудий. Военное министерство получило приказ: выделить 10 000 ружей. Их Наполеон приготовил в подарок Шахиншаху Ирана, для вооружения регулярных частей иранской армии.
В это время Наполеон вёл победоносную войну против России, 14 июня российские войска были разгромлены при Фридланде, — и, казалось, гигантские, от Балтики до Персидского залива, ворота на Восток — медленно приотворяются.
Иран механически превратился в союзника Франции: к тому времени третий год, с июня 1804го, шиитская Империя тоже вела войну против России, крайне неудачно: Шахиншах уже потерял вассальные царства Грузии, был отрезан от Большого Кавказа, терял одно за другим ханства и султанаты Дагестана и северного Азербайджана; даже столица Армении, Эривань, считавшийся глубинным иранским городом, оказался под ударом.

** В мае 1807го Наполеон отдал приказ — направить в Иран особую миссию; она должна была проложить дорогу корпусу.
Главой мисси был избран адъютант Императора (aide-de-camp de l’Empereur), — сорокалетний дивизионный генерал Клод Матьё де Гардан (Claude Mathieu de Gardane, 1766 + 1818). Профессиональный солдат и чистокровный француз, родом из Марселя. На протяжении срединно-европейской кампании 1805-1807 годов он неотлучно был при Наполеоне и
сопровождал его во всех сражениях. Один из тех, кого Наполеон считал элитой своей молодой Империи, и, соответственно, всего мира. Он был уверен, что такие люди способны на всё: и двигать по карте Европы дивизии, и обволакивать дипломатическими путами монархов Азии. Наполеону в Иране нужен был человек, который смог бы командовать вновь возникшей, — ниоткуда, — армией на границах Индии. Восточного опыта у Гардана не было. Разве что – русский: в 1799 году он, тогда уже – генерал Республики, защищал от войск графа Суворова город Мантую, попал в плен и несколько месяцев провел в России. 8 июня де Гардан отбыл из Франции. Вместе с ним в Персию выехали  280 французов, в том числе 70 офицеров Великой Армии. Каждого из них Наполеон утверждал лично. Проверенные в деле специалисты: инженеры, артиллеристы, несколько морских офицеров даже; опытные инструкторы военного дела. Достаточно, чтобы укомплектовать целый командный состав целого корпуса.

** В мае всё было так просто, но уже через несколько недель политическая ситуация на векторе Франция — Россия — Иран превратилась в Гордиев узел. Война на театрах Европы резко, в несколько дней, закончилась, — не просто миром: произошла смена ориентиров.
7 июля 1807 года (через три недели после Фридланда!) был подписан договор в Тильзите: Франция и Россия стали союзниками, и не просто дипломатическими, а — военными : в секретных статьях Тильзитского договора предполагалось создание единой французско-российской вооружённой группы для действий на Востоке. По этому договору Наполеон
отказывался от вмешательства в дела России в восточных странах. Но в сверхсекретной инструкции от 27 августа 1807го имперский министр иностранных дел Жан-Батист Номпер де Шампаньи писал де Гардану, что Тильзит не касается Ирана.

** В начале ноября 1807года де Гардан прибыл со своей миссией в Тебриз, столицу Иранского Азербайджана; там правил 28летний Наиб-султан Азербайджанский, Его Высочество Вали-Ахд, — то есть наследный принц, — Аббас-Мирза; он же — главнокомандующий войсками, воевавшими против России. Он осознанно намеревался стать иранским Петром Великим, приобщить свою державу к европейской цивилизации. И — главное: наследный принц Ирана был сторонником и поклонником Наполеона — убеждённым, и. как впоследствии оказалось, весьма преданным.
По его желанию, в Тебризе наполеоновские офицеры взялись за формирование первых батальонов регулярной армии — сарбазов; их возглавил капитан Лями.
4 декабря 1807 года, после полугода странствий, генерал Клод де Гардан прибыл в Тегеран. Исторические акты, знаменующие начало наполеоновского Великого Восточного Проекта, состоялись в последние дни января 1808го.
Посла Императора Франции торжественно принимал Шахиншах-и Иран воджуд-и ала Хазрат-и Агдас-и Хомайун Фатх-Али-хан, из Дома Каджар. Был ратифицирован договор в Финкенштейне. 21 января 1808 Шахиншах утвердил
конвенцию о военном сотрудничестве, согласно которому были выделены из казны 30 000 туманов (600 000 франков), — для оплаты 20 000 новых ружей из парижских арсеналов.
И, наконец, 26 января 1808 года был подписан договор о военном союзе двух Империй — запада и Востока. Свои подписи поставили: от имени Наполеона — генерал де Гардан, от Шахиншаха — премьер-министр мирза Шефи.
В договоре было 23 статьи. Подданные Наполеона на территории Ирана обретали: обширные права в области коммерции, льготные таможенные пошлины; полную свободу исповедания веры; главное — фактически в распоряжение французского флота предоставлялся Персидский залив.
И — статья 17я, секретная : по этой статье обе Империи, расположенные на расстоянии полугода пути, непосредственно смыкались краями: Шахиншах даровал Императору Франции остров Карк, он же Харг, — при условии, что Наполеон окажет содействие в возвращении иранских владений на Кавказе.

** Остров Харг должен был превратиться в базу военного флота Франции. Именно там, судя по всему, — в естественной крепости, защищённой морем, — предполагалась высадка имперского экспедиционного корпуса, нацеленного на Индию.. Союз Франции и Ирана — это в любом случае была — война на Востоке; это понимали все.
Великобритания и здесь была совсем близко — в Западной Индии; она давно уже считала Персидский залив своей зоной контроля; январские конвенции 1808го — это действительно грозило гибелью Британской Индии, Британскому Востоку.
С 31 июля 1807го был советом директоров Ост-Индийской кампании назначен новый Governor-General of India of the Presidency of Fort William — Генерал-Губернатор Индии и правитель Форт-Уильям, — 56летний шотландец, профессиональный политик, ветеран парламентских дебатов: сэр Гилберт Эллиот, 1ый барон оф Минто (Gilbert Elliot Murray-Kynynmound Baron Minto); отпрыск весьма знатного шотландского рода по отцу, от матери — последней из древнего рода Мюррэй, он унаследовал титул барона и поместье Минто, в графстве Roxburgh).
Назначение казалось не слишком удачным: шла война, а тут крайне сложные комбинации договоров, которые тогда объединялись в условную структуру «Британская Индия», — возглавил человек совершенно штатский, адвокат из Эдинбурга.
Впрочем, некоторый опыт у него был: с 1793го мятежная Корсика вошла под протекторат Великобритании, было создано Англо-Корсиканское королевство, Anglo-Corsican Kingdom, и сэр Гилберт Эллиот оф Минто встал во главе управления этой островной страной — как вице-король, vice-roy; это странное государство продержалось до 1796го. С осени 1806го барон Минто находился в Калькутте и уже принимал участие в переговорах по индийским делам от имени Компании.

** Почти сразу 1808го барон Минто отдал приказ о подготовке британской эскадры  в Индии — для войны Персидском заливе; непобедимый британский флот нацелился на остров Харг.

Губернатор Индии решил высадить на острове десант в 4 — 5 000 британских солдат; и — не отдавать остров французам несмотря ни на какие изъявления воли Шахиншаха. Командующим экспедицией был назначен бригадный генерал сэр Джон Малькольм, — тоже шотландец. Он до того уже несколько раз спасал положение Британии на Востоке; в январе 1801го именно он, в одиночку, почти что самозванно выступил в качестве посла Британии, и, несколькими авантюрными пассами в Тегеране, сорвал уже решённый, уже подготовленный совместный поход Франции и России на Индию.
Собственно, именно сэр Джон Малькольм был бы лучшим кандидатом на пост генерал-Губернатора Индии, имел  все необходимые для этого способности, — кроме одной: он не был политиком, не был членом парламента и не имел связей при дворе и в высшем свете Лондона.

** В апреле 1808го из Лондона в Бомбей прибыл неожиданно новый персонаж: сэр Хартфорд Джонс, особо доверенный агент МИД; это был чрезвычайно опытный шпион Британии, специалист по региону Персидского залива:  с 1784 он обосновался в Басре, бывал в Ширазе ещё во времена династии Зенд; с 1798 до 1806го Джонс был консулом Британии в Багдаде. Его отправил для разрешения иранской проблемы лично Джордж Каннинг, новый ( с марта 1807го) министр иностранных дел Великобритании. Накануне сложной и опасной для всех войны лорд Минто и генерал Малькольм были сбиты с толку: было неясно, как делить полномочия по руководству операцией. Джонс немедленно начал претендовать на общее руководство операцией по ликвидации миссии Наполеона в Иране.

** На берегах Ормузского залива в это время действовала сила, которую сэр Джон Малькольм считал перспективным союзниками в войне за Харг: это были аравийские бедуины, последователи салафитского учения очищения Ислама, которое проповедовал великий шейх Мухаммад ибн Абдуль-Ваххаб ибн Сулейман аль-Мушраф ат-Тамими (он умер в 1792); впоследствии сторонников этого учения стали именовать: аль-ваххабийун, ваххабиты. Они с 1800го удерживали Мекку и Медину, и воевали со всеми сразу — и с Османией, и с Ираном, и с арабскими племенами. В 1807ом ваххабиты терпели тяжкие поражения. Знаменитый албанец Мухаммад Али-паша, османский наместник Египта, отнял у ваххабитов Мекку и Медину, осенью 1807 оманские войска отвоевали исконное обиталище салафитов — Хиджаз. Остатки бедуинского войска, которым командовали Сауд ибн Абдель Азиз, из племени Аназа, эмир недждского города Эд-Даръя (ад-Дар‘ыйя), и полководец Усман аль Мудьяфи, отошли в последний свой оплот, в пустыни Неджда, но, отступая на восток, они вышли к берегам Персидского залива, на границу Ирана. Весной 1808го бедуины-салафиты вторглись в иранские владения на рубежах Аравии.
К эмиру Сауду отправил своих агентов генерал Малькольм. Одновременно сэр Хартфорд Джонс, изощрённый арабист, тоже попробовал втянуть ваххабитов в будущую войну против Ирана.

** 10 мая 1808 в порт Бендер-Бушир, — ближайший к острову Харг, — вошла британская эскадра: корабли «Дорида», «Уинсфорд», «Психея» и несколько мелких судов; это были пока небольшие силы, всего около 500 матросов. На борту «Дорида» пребывал генерал сэр Джон Малькольм. Это было начало. В Индии к этому времени уже готовились к посадке нга корабли около 10 000 солдат.
Порт Бендер-Бушир считался в то время основным оплотом британского влияния в Иране; там был весьма силён Брук, агент Ост-Индийской Компании, под его влиянием пребывал и губернатор порта, и все видные сановники.
Малькольм встретился с губернатором Бушира и потребовал передать Шахиншаху: британский флот блокирует все морские пути от Индии до Багдада. Британия требовала соблюдения договора от 1801 года, и предъявляла, в дополнение к нему, следующие требования: уступить Британии остров Карак (Харг); разрешить учредить пять британских торговых факторий вдоль берега Персидского залива и выстроить форты и разместить там британские гарнизоны. 18 мая 1808 генерал Малкольм писал барону Минто: «Когда переговоры заходили в тупик, я пускал в ход инструмент чистой дружбы – деньги».
Некий мистер Пазли, по приказу Малькольма, отправился в Тегеран, чтобы лично изложить условия Британии Шахиншаху. Это были откровенные угрозы: если не будет отдан Харг, британцы натравят на иранские земли бедуинов Неджда: эти закалённые в пустынях воины, с британским оружием и британскими деньгами, действительно могли превратиться в смертельную опасность для западных границ Ирана.  Но это ещё не всё. В составе миссии Малькольма, на одном из кораблей, находится молодой перс, выросший в Индии, — принц Мохаммед Али-хан Зенд; это был наследник предыдущей шахской династии, которую на троне сменили Каджары. Малькольм грозил: из-за Харга Британия утсроит в Иране гражданскую войну, и, если Каджары не уступят, на троне будут восстановлены свергнутые ими Зенды.
Но в мае 1808го влияние Франции в Иране было безгранично. Несмотря на все усилия, Шахиншах не поддался. Пазли не был даже допущен в Тегеран. Миссия Малькольма на этот раз провалилась.
Сам генерал на корабле «Дорида» отбыл в Калькутту, чтобы готовить уже непосредственно — войну. Ост-Индская кампания выражало крайнее недовольство тем, что на эту миссию бессмысленно потрачено два миллиона рупий. Положение генерала пошатнулось. Британская эскадра осталась в заливе на рейде Бушира — в ожидании попыток французов занять Харг.

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS
Метки: , , . Закладка Постоянная ссылка.

2 комментария: Кирилл Серебренитский: Остров Харг: Восточный бастион Западной Империи. Часть I.

  1. Константин Рахно пишет:

    Очень интересно!

    [Reply]

  2. Кирилл Серебренитский пишет:

    Статья была опубликована в журнале «Караван» # 25 июль 2013, русскоязычное издание Иранского культурного центра при посольстиве Ирана в России.

    [Reply]

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Это не спам.
сделано dimoning.ru

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.

  • «… Зажги свой огонь.
    Ищи тех, кому нравится, как он горит»
    (Джалалладин Руми)

    «… Есть только один огонь — мой»
    (Федерико Гарсиа Лорка)

    «… Традиция — это передача Огня,
    а не поклонение пеплу»
    (Густав Малер)

    «… Традиционализм не означает привязанность к прошлому.
    Это означает — жить и поступать,
    исходя из принципов, которые имеют вечную ценность»
    (Артур Мёллер ван ден Брук)

    «… Современность – великое время финала игр олимпийских богов,
    когда Зевс передаёт факел тому,
    кого нельзя увидеть и назвать,
    и кто все эти неисчислимые века обитал в нашем сердце!»
    (Глеб Бутузов)