Кирилл Серебренитский: Эксперимент 1808. Наполеоновский Иран

(Эта статья написана очень давно, в 2006 или 2007 году, по заказу журнала «Вокруг света». Опубликована она не была. Поэтому интонация — своеобразно журнальная. Текст несколько устарел, по крайней мере, для меня самого. Но публикую — без дополнений и правок).

Фахт Али-шах Баба-хан Шах ин Шах Ирана.

Фахт Али-шах Баба-хан Шах ин Шах Ирана.

** В конце апреля 1807 года Мирза Мохаммед Реза-хан Казвини, полномочный посол Ирана, ехал через всю Польшу, — из Варшавы – в Восточную Пруссию, к берегу Балтики.
Посол наблюдал, как целые дни по весенним дорогам, превращенным в жуткое болотное месиво, раскисшим дорогам тянутся бесчисленные фуры военных обозов, торопятся тяжелой рысью эскадроны, движутся непрерывным потоком маршевые батальоны Великой Армии. Особенно поражала Резу-хана артиллерия: сотни невиданных на востоке, новейших орудий упрямо тащили лошади через польскую грязь. По ночам по обе стороны дороги горели тысячи костров.
Посол Его Величества Шах-ин-Шаха направлялся в замок Финкенштейн, в семи километрах от городка Суш. Там около месяца находилась ставка Императора Наполеона.
В мир снова пришел величайший завоеватель, спустя шесть веков после Чингиз-хана, четыре века – после Тимура Хромого. Третий год Наполеон воевал со всей Европой сразу. Год назад была разгромлена Австрия. Полгода назад – Пруссия. Теперь он был у границ России.
27 апреля Император Франции и король Италии принял долгожданного посла Императора Персии. 4 мая в польском замке иранский посол подписал договор: две великие Империи – Западная и Восточная, — вступили в военный союз.

** В письме от 17 января 1807 года Наполеон писал Фетх-Али, Шах-ин-Шаху Ирана: «Мои победы будут для тебя служить источником вдохновения. Моя империя разгромила всех врагов своих. Победа над Россией сближает меня с тобой. Я сейчас нахожусь в Варшаве, которая еще недавно принадлежала великой России. Сейчас создано новое польское государство, и ты со всей решительностью нападай на тех врагов, которых я ослабил, верни себе Грузию и все те земли, которые ранее принадлежали тебе. Закрой для русских Каспийское море, которое по праву принадлежит тебе. Твое счастье ослепляет твоих врагов… мы объединим наши силы и заключим вечный союз трех держав, для этого я жду твоих послов».
Наполеон – казалось бы, — живое олицетворение Европы, но — ему всегда было тесно в Европе, на самом деле. Он планировал завтрашние передвижения колонн по дорогам Моравии или операции в горах Тироля; но в мечтах – высаживал десант на берегах индийского Пенджаба, формировал чёрные дивизии из неведомых племён африканского Дарфура, и разворачивал экспедиционный корпус у Кандагара для броска на Кашмир.
Восточный союз Трех Империй – это был давний, интимно-мечтательной проект Наполеона. Основа его геополитических планов обустройства земного шара. Создать совершенное равновесие двух чаш весов – Запада и Востока. Контролировать Европу при помощи сил Османской Турции и Ирана. Править в Азии – опираясь на соединенные силы Европы.
Послов из Ирана он выманивал уже пятый год. Все это ремя шла жесточайшая дипломатическая война. В 1804 году был изгнан первый посланник Франции – карабахский князь Давид Мелик-Шахназарян. 12 октября 1805 года, через месяц после прибытия, погиб, — от яда, как все были уверены, — прибывший в Тегеран французский посланник – полковник Александр Ромьё.
Только фантастические победы 1805-1807го годов заставили Иран отозваться на призыв с Запада. Иран вел затяжную неудачную войну с Россией на севере, с юга ему грозила Великобритания. Оба этих врага были опрокинуты Наполеоном. .

** Главой мисси был нзначен бригадный генерал Клод Матьё де Гардан, адъютант Императора. aide-de-camp de l’Empereu. Один из тех, кого Наполеон считал элитой своей молодой Империи, и, соответственно, — мира. Он был уверен, что такие люди способны на всё: и твёрдо командовать европейскими дивизиями, и мягко обволакивать дипломатическими путами мусульманских монархов.

Клод-Матьё де Гарданн, граф Империи.

Клод-Матьё де Гарданн, граф Империи.

Клод де Гардан – участник сражений при Иене, Аустерлице, Эйлау; везде он был в качестве адъютанта Императора, но наполеоновские штабные офицеры рисковали собой во время сражений не меньше, чем командиры батальонов и эскадронов. Ещё раньше, в 1799 году, Гардан, молодой республиканский генерал, командир 3ей пехотной дивизии, защищал Мантую от войск князя Суворова. Наполеону прежде всего в Иране нужен был человек, который смог бы командовать вновь возникшей, — ниоткуда, — армией на границах Индии.
Наполеон позаботился и о специалистах. Все лучшие имперские агенты, давно проживавшие на Ближнем Востоке, были призваны в Персидскую миссию.
Но прежде всего – это была военная миссия. Всего 280 французов прибыло с Гарданом в Иран, из них четверть – кадровые офицеры и унтер-офицеры. Были отобраны лучшие специалисты: артиллеристы, инженеры, кавалерийские и пехотные инструкторы, геодезисты.
В те годы послы даже чаще всего носили военные мундиры. Но в Иран прибыло не посольство. А штаб экспедиционного корпуса.
В мае 1807 года Наполеон отправил из Варшавы морскому министру адмиралу Декре депещу высшей степени секретности. Приказ: начать подготовку экспедиционного корпуса для отправки в Иран. 4 000 пехоты, 50 орудий. И еще 10 000 ружей, для иранской армии.

** В июне 1807го миссия Гардана отправилась в путь из Франции. В начале ноября французы прибыли в Тебриз, столицу Иранского Азербайджана. здесь правил Аббас-мирза Вали-Ахд (Престолонаследник) и Наиб-султан (наместник с правами диктатора) получил в правление Азербайджан. Именно ему Шахиншах поручил все сношения с ференгами.
Аббас-мирза — третий из сыновей Шаха. Всего их было сто пятьдесят.
Наследнику было лет двадцать пять в то время; высокий молчаливый принц, сдержанный, огненно-черный. И отец его, и мать принадлежали к династии Каждар.
Впоследствии, на протяжении многих лет на него возлагали надежды все европейские державы. Считалось, что он – персидский Петр Великий.

Вали-Ахд принц Аббас-мирза.

Вали-Ахд принц Аббас-мирза.

** Связи между Ираном и Францией быстро крепли; но был на этих связях один узел, — и не только Гардан не знал, как его распутать. Похоже, что и Наполеон был в недоумении.
Гардан выехал, чтобы помочь Шаху одолеть Россию. Но 7 июля 1807 года, — (когда миссия только что углубилась в недра османской Малой Азии), — был подписан договор в Тильзите. Франция и Россия стали союзниками. по одному из пунктов договора Наполеон отказывался от любого вмешательства в российские дела на востоке.
Теперь Наполеон проектировал общеевропейский поход на Индию — через Иран. В феврале 1808 года он писал своему послу в России, герцогу Коленкуру: «Скажите .. императору, что я не далек от мысли о походе в Индию, о разделе Оттоманской империи и об отправке на сей предмет армии от 20 до 25 000 русских, 8-10 000 австрийцев, от 35 до 40 000 французов в Азию, а оттуда в Индию».
Но Фетх-Али-шах неизменно отвечал послу Франции: пока не возвращены Грузия, Дагестан и ханства, не может быть и речи про Индию. И про мир с Россией — тоже.

** При этом миссия Гардана действовала, и её напор не уступал прославленной активности британцев в Индии.
Офицеры Гардана разработали 124 маршрута пути на Индию. Фавье наладил в Исфагани производство мелких пушек для горной и степной войны. В Тегеране создан артиллерийский парк и арсенал. Вердье за короткий срок обучил 4000 солдат гвардии Аббаса. Сравнительно дешево были проданы Ирану 20 000 французских ружей. Капитан Лями остался в Тебризе при Аббасе для обучения армии. 4 декабря Гардан прибыл в Тегеран.
26 января 1808 года – большой договор, 23 статьи. Права торговли и исповедания веры, низкие таможенные пошлины, свободное плавание в заливе для французов. По статье 17 шах передавал Франции остров Харак, при условии, что Франция поможет вернуть Грузию и другие страны Закавказья.
К маю 1808 Аббас стянул десять тысяч солдат в Эриван. Весной 1808 граф Гудович послал барона Вреде с дружеским письмом к Гардану. Писал: «Вы, как посол дружественной нам империи, удержите шаха от войны…».
И устраниться от войны Гардан не мог. Были отправлены французские офицеры для укрепления стен Эривани и Эчмиадзина. Четыре морских офицера прибыли в порт Энзели, на Каспийском море. И начали строить береговые укрепления.
Александр 1 прислал указ от 31 июля 1808 Гудовичу: «… о предложенной медиации Его Величества императора Наполеона, сколько ни уверен я в дружеских расположениях сего государя, не могу согласиться на перенесение мирной негоциации в Париж…».
Стало ясно: примирить две Империи генерал Гардан не в силах. Положение французского генерала было невыносимо парадоксально.

**4 сентября 1808го российские войска двинулись из Тифлиса – на Персию. Силы были невелики: всего 8 256 человек. Три недели маленькая армия шла горными дорогами. Генерал-майор Небольсин занял всё Нахичеванское ханство, и столицу – Нахичевань. Каспийская флотилия капитан-лейтенанта пришла на рейд Энзели. В первые дни октября основные силы заняли позиции в садах у самых стен Эривани. С первого дня русские офицеры отметили: Эривань «укреплена по всем европейским правилам, имея две стены, впереди их ров и гласис. Во рву поставлены пушки…». Генерал граф Гудович послал коменданту суровое письмо: «…вы не берите в пример прежней неудачной блокады крепости Эриванской. Тогда предводительствовал войсками князь Цицианов, из молодых генералов, не столько еще опытный в военном искусстве, а теперь я… командую победоносными войсками, водив уже более тридцати лет сильные российские армии».
Но осажденные не отвечали на ультиматум. Через две недели Гудович повторил приказ — сдаться. И снова не получил ответа.

** Сам Гардан выехал на фронт. Он писал Шаху: «Я даю вам слово и обещаю, что до будущей весны военные действия будут приостановлены…».
От 30 сентября Гудович писал МИД Румянцеву: «Французская в Персии миссия, несмотря на дружественный с нами союз, теперь более вредит делам нашим с Персией, чем то делала во время войны с Францией».
Все три страны были крайне заинтересованы в мире. Против – только Англия. Которая и не принимала участия в боевых действиях.
В русский лагерь под стен Эривани прибыл Лежар, секретарь французской миссии. Он привез послание Гардана командующему: «… так как между Персией и Францией существует союз, то всякое нападение на территорию Персии я буду рассматривать как враждебное против моей империи действие». Гардан требовал вывести русские войска из Эриванского ханства. Граф Гудович отвечал, что исполняет приказы только своего Государя. Приказано взять Эривань. И он – возьмёт.
Между тем, близилась зима. На пятидесятый день осады, 17 ноября, на рассвете, русские батальоны пошли на приступ. Но первая колонна была снесена картечью. «Русское командование е учитывало, что шахскими войсками командуют французские офицеры. Наступление русских войск было встречено сильным артиллерийским огнем, чего иранцы никогда не применяли». Сброшена была со стен вторая колонна. К вечеру штурм был отбит. В донесении Гудович писал: «Предводившие колоннами были почти все при первых выстрелах или убиты, или тяжело ранены…Я нашел крепость Эривань укрепленной по всем европейским военным правилам». Выяснилось, что даже при штабе действуют шпионы: в Эривани явно заранее знали секретный план штурма.
Потери русских были значительны – почти три сотни убитых, почти тысяча раненных. А госпитали негде было развернуть, армия находилась в недрах чужой враждебной страны. В лагере начались болезни. Горные дороги были перерезаны, прекратился подвоз провианта. На второй штурм старик Гудович не решился. Через десять дней он отдал приказ: возвращаться. Отступление было страшным. Через перевалы войска шли по пояс в снегах, сквозь ледяные бури. Погибли почти все лошади. От истощения и обморожения на заснеженных перевалах пропало еще больше тысячи солдат. Добравшись до Тифлиса, граф Гудович 11 января 1809 года послал Царю прошение об отставке. По старости и болезни.
В декабре Аббас-мирза отвоевал Нахичеванское ханство. Никогда, ни до 1808го, ни после, — не было такого поражения русского оружия на Кавказе. Это была личная победа генерала Гардана.

** Гилбер Эллиот барон Минто, генерал-губернатор Британской Индии, был уверен, что войска Бонапарта скоро появятся в центре Азии. И готовился заранее. Иран тал союзником Франции. Значит – врагом Британии.
Весной 1808 года в Персидский залив вошла сильная британская эскадра, ей командовал бригадный генерал сэр Джон Малькольм, истинный горный шотландец. Решительный и последовательный, иногда слишком даже. Он требовал полноценной войны. Немедленно. топить все иранские суда на морских дорогах от Бомбея до Багдада. И высаживать десант на берегах залива.
В мае генерал Малькольм высадился в иранском порту Бендер-Бушир, не спросив ни у кого позволения. От имени своего короля он требовал, согласно полузабытым договорам, права на строительство пяти торговых факторий, — по сути военных фортов, — вдоль берега Персидского залива. В свое время так начиналось завоевание Индии. Одновременно Малькольм изыскивал сторонников в Иране. От 18 мая 1808го он писал генерал-губернатору: «Когда переговоры заходили в тупик, я пускал в ход инструмент чистой дружбы – деньги». На одном из британских кораблей пребывал некий принц Мохаммед Али-хан, нарочно привезенный из Индии, — последний из династии Зенд, которую не так давно свергли Каджары. Посланы были агенты к вождям хорасанских племен, которые еще помнили Зендов.
Но на протяжении всего 1808 года Фетх-Али-шах упорно держался за союз с Францией.

** Летом Малькольм вернулся в Калькутту, чтобы обсудить план кампании. Для начала был намечен — остров Харак. Малькольм писал: «Если мы укрепимся в Персидском заливе, все, что мы пожелаем, исполнится, отсюда можно угрожать Персии, Аравии и Турции».
30 августа 1808 года Минто отдал приказ: назначить сэра Джона Малькольма губернатором Персидского залива. И готовить для отправки десанта флот. В сентябре корабли снова вошли в залив.
Но вдруг пришел указ – из Лондона: войны в заливе не будет. Для мирных переговоров отправлялся посол сэр Хартфорд Джонс. Виды видавший, пожилой дипломат, — вряд ли кто лучше него знал мусульманский мир: почти четверть века он пребывал Аравии, в последние годы был консулом в Багдаде. Бывал и в Иране. Джонс должен был заменить флотилию и десятитысячный корпус. Ему было поручено вытеснить французов – без единого выстрела. В октябре 1808 года Джонс высадился в Иране. Как раз в разгар боевых действий под Эриванью. Он спокойно обосновался в Бендер-Бушире. И сразу взялся за главный рычаг: начал поголовный подкуп всех, кто хоть что-то значил в Тегеране. Здесь Гардан не мог тягаться с золотыми возможностями англичанина. Уже в ноябре стало известно, что Шах решился принять англичан.

** Еще 2 ноября 1808 года Шампаньи сообщил Гардану, что Россия отвергла посредничество Франции. Но теперь все свои планы Наполеон строил на союзе с Россией. Гардану было приказано: жертвовать всем ради русских интересов. Сосредоточиться на усмирении Ирана в кавказских его устремлениях. Блистательная Эриванская победа оказалась бессмысленной.
В середине ноября Шах призвал французского посла. И беседовал с ним неожиданно сурово. Он сообщил, что, поскольку Франция теперь в союзе с Россией, а Иран ведет с северной державой войну, — то, увы, иранское правительство вынужден будет рассмотреть предложения англичан.
Гардан ссылался на железные статьи договора. Уверял, что страшнее всего – гнев императора Наполеона. И поклялся – честью офицера, — покинуть страну, если во дворце Шаха появится хоть один англичанин.
Это был провал. Шах ответ заявил, что не смеет удерживать Гардан-хана. если честь не позволяет ему оставаться в стране.
Гардан, как и следовало ожидать, повел себя не как дипломат, а – как солдат. чуть ли не на дуэль вызвал Шаха.
Срок прибытия ко двору посла Великобритании был назначен на 13 февраля 1809 года. 12 февраля Гардан последний раз прибыл ко двору Шаха – для прощальной аудиенции. И в тот же вечер со всей свитой отбыл в Тебриз. К верному бонапартисту Аббасу.
….Из Тебриза французская миссия отправилась в Эривань. И далее, через Турцию, — в Европу. Аббас-мирза писал Наполеону: «Вы самый великий правитель в мире и командуете непобедимыми армиями. Я хотел бы, чтобы мои скромные услуги стали известны вашему Величеству».
Сразу же, на следующий день, 14 февраля, Шах принял посла Британии. Через три недели был подписан новый военный договор – с Великобританией.
В марте 1809 года прибыл новый посланник из Франции, — Жорж Утрей, (в 1805ом он был переводчиком при трагически погибшем полковнике Ромьё).
Наполеон писал Шаху: Гардан-хан покинул страну без его дозволения.
Но было поздно. Джонс без труда добился высылки Утрея.
Еще полгода два самых опытных агента Наполеона, — корсиканец Нерсиа, много лет живший в Сирии и Египте, и лучший специалист по Ирану, — Жуанен, — старались спасти положение.
Джонс действовал уже совсем просто: он нанял разбойников, которые караулили французов с кинжалами в переулках. Нерсиа и Жуанен едва успели от верной гибели бежать в мае 1809го в Тебриз, под защиту Аббаса-мирзы.
Только в августе 1809 года под напором англичан Шах приказал: всех остававшихся ещё в Иране членов миссии Французской Империи — выслать из страны.

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS
Метки: , , , , , . Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Это не спам.
сделано dimoning.ru

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.

  • «… Зажги свой огонь.
    Ищи тех, кому нравится, как он горит»
    (Джалалладин Руми)

    «… Есть только один огонь — мой»
    (Федерико Гарсиа Лорка)

    «… Традиция — это передача Огня,
    а не поклонение пеплу»
    (Густав Малер)

    «… Традиционализм не означает привязанность к прошлому.
    Это означает — жить и поступать,
    исходя из принципов, которые имеют вечную ценность»
    (Артур Мёллер ван ден Брук)

    «… Современность – великое время финала игр олимпийских богов,
    когда Зевс передаёт факел тому,
    кого нельзя увидеть и назвать,
    и кто все эти неисчислимые века обитал в нашем сердце!»
    (Глеб Бутузов)