Центр Востока и Запада

Ситуация с ценами на нефть – репетиция будущих коллизий в столкновении производителей нефти и потребителей, экспортеров и импортеров, стран первого и третьего мира.

Но прежде всего, репетиция противостояния мира – агрессии и террору.

Стало понятно – миром управляет не нефть, а развитые страны, способные своими технологиями влиять и на конъюнктуру нефти и ее положение в перечне источников топлива, снижать, если необходимо, ее рейтинг.

Но главное – остальной мир показал нефтяникам – не они определяют мировую политику, а те, кто покупает нефть.

Кто важней – нефтяники или покупатели нефти? Этот вопрос всегда трактовался в пользу нефтяников.

Но развитое общество всегда понимало – это не так. (продовження…)

Введение

Ислам – последняя великая религия в истории человечества, настоящая “седьмая печать” эры духовного спасения, явившаяся по-настоящему глубоким и всеобъемлющим синтезом многотысячелетней культуры Востока. Ислам вобрал в себя и переработал все основные мифы и архетипы предшествующих культур, за исключением религий Индии и Китая. Поэтому совершенно оправданными являются попытки различных исследователей найти в мусульманской традиции иудейские, зороастрийские, античные, христианские и гностические корни. Из коранических текстов совершенно очевидно, что ядром классического ислама является доисламская культура арабов Центральной и отчасти Южной Аравии, находившихся под постоянным влиянием своих соседей по раннему средневековью. Аравийцам этого времени знакомы римляне, византийцы, иудеи и персы Сасанидской державы. В Аравию в поисках убежища от гонений христианских ортодоксов попадают еретики (несториане, яковиты, ариане) и враждебные христианству гностики. Солдаты-наемники с арабскими именами встречаются в ту же пору в войсках Персии и Византии, в городах римской Палестины тоже немало арабов. Время от времени арабы встречаются в Египте и в Эфиопии. Из этого перечня стран можно сделать вывод о многоплановости влияний на аравийскую культуру в пределах одного временного слоя, что, несомненно, свидетельствует об отсутствии культурной изоляции Аравийского полуострова в эпоху, предшествующую возникновению ислама (продовження…)

Будучи друзьями с университетской скамьи и впоследствии содельщиками в ГУЛАГе, Теодор Адамович Шумовский и Лев Николаевич Гумилев сначала не разделяли общих научных взглядов. Шумовский был в первую очередь филологом, Гумилев – историком. Это объясняет суть их разногласий.

Язык народа, как утверждают филологи, является первым и основным источником восстановления исторической истины, так как язык бесстрастен и не зависит от личности летописца. Гумилев в своей теории пассионарного этногенеза же не придает языку важной роли, опираясь в основе на исторические летописи. Этим объясняются изначальные разногласия ученых. (продовження…)

К евразийскому мотиву рождения бога-ребёнка из камня/могилы/пещеры (Кёр-оглу, Гэсер, Керсаспа, Парикшит, Митра, Мардук, Дионис элевсинских мистерий, Кощей, Амирани, Сосруко, Батразд, Мелхиседек) (см.  нашу статью:   Кёр-оглы – сын могилы и правитель Чамбули Мастон) можно отнести германское предание о рождении первочеловека Бури из «солевого камня», который облизала священная корова Аудумла на границе Нифельхейма. У Бури родился сын Бёр,  который женился на женщине по имени Бестла, дочери великана Бёльторна; и у них родилось три сына: Один, Вили и Ве, родоначальники богов-асов.

«Соленый камень» – это превращенная в солевой столп библейская жена Лота, сына Арана, брата Авраама (Быт. 19:26), оглянувшаяся на пылающие Соддом (sedom «Пылающий») и Гоморру (amora «погружение, потопление»),  и столп этот находится на горе Содом возле пещеры Лота (восточный берег реки Иордан, напротив Хеврона).

Вероятно, к этому же контексту, через посредничество индоиранско-хурритского государства Митанни (XVI-XIII вв. до н. э.) на Ближнем Востоке (Сирия), следует отнести ведическое предание о жене, превращенной в камень.

Однажды риши Маричи, сын Брахмы, вернулся из леса усталым и захотел, чтобы жена Дхармаврата помассировала ему ноги. Когда она начала это делать, Маричи уснул. И тут появился Брахма. Дхармаврата оказалась в затруднительном положении — надо было оставаться при муже и в то же время принять с почестями Брахму, учителя её мужа. Она выбрала последнее. Когда Маричи проснулся и не увидел Дхармавраты, то проклял жену, чтобы она превратилась в камень. (продовження…)

Вечный Рим возник на плодородных холмах в окружении болотных топей Тибра, на границе как враждебных, так и притягательных друг к другу миров – меланхолической Этрурии и слегка буйнопомешанной Эллады. Основали его «сыновья волчицы» – странствующие родными пространствами Лация племена местных италиков, известных гостеприимством, дававшими кров, хлеб и жен изгнанникам и спасающимся, и не препятствовавшими на своей обильной земле (её же много, приходите все, кто хочет, и возделывайте пашни и виноградники!) возможность похозяйничать и расцвести как другим народам, так и и культам, – пришедших с севера, юга и востока. Наблюдая за соседями-колонистами, учась у них новых знаний, врачеваний и волхвований, у аборигенов заострился здоровый рассудок, критический рационализм, да и юморное отношение к высокомерию и тщеславию, пьянству и нецеломудренности пришельцев. Этакие здоровые насмешки крестьянина, возделывающего свою землю, благословенную предками, реализующего «… целостное, творческое отношение человека к земле…отношение к ней как к саду (пусть и заросшему), который необходимо возделывать, укрощая злые силы стихий, таящиеся в недрах самой земли …  само это возделывание понимается как творческая активность любого рода, как создание чего-то оформленного, прекрасного … она должна происходит на фоне именно села, ибо именно село символизирует космос земли, понимаемой как свободное пространство» [1].  Лошадь была более в этом ему другом и соратником, чем ездовым животным. Поэтому италики не умели держаться в седле, никогда не были искусными наездниками, а предпочитали сражаться в пешем строю. Именно Риму удалось приструнить другие племена италиков, ведшие между собой кровавые распри, и сделать их всех «союзниками». А также вскоре изгнать царей, ибо каждый земледелец – «царь своего труда». Вечером, у костров фамильных домов, вокруг отца римского семейства, держащего на коленях священные дары-ларцы предков – своих сыновей и внуков, собирались поужинать все домочадцы – посвятившие прошедший день трудолюбию и умению управляться, – они возделывали свои разум и душу. Так медленно и верно рождались лучшие люди и их великая культура. Культура Меры и Истока, Марса и Венеры.

Карфаген («Новый город») возник под уверенной поступью «сыновей быка» (продовження…)

Карфаген. Стела: бетиль с двойной триадой, астральными символами и «знаком Танит». IV—III вв. до н. э. Париж. Лувр.

Я назову этот конфликт схваткой богов и бесов. На другом берегу Средиземного моря стоял город, называющийся Новым. Он был старше, и много сильнее, и много богачеРима, но был в нем дух, оправдывавший такое название. Он назывался Новым потому, чтоон был колонией, как Нью-Йорк или Новая Зеландия. Своей жизнью он был обязан энергии и экспансии Тира и Сидона — крупнейших коммерческих городов. И, как во всех колониальных центрах, в нем царил дух коммерческой наглости. Карфагеняне любили хвастаться, и похвальба их была звонкой, как монеты. Например, они утверждали, что никто не может вымыть руки в море без их разрешения. Они зависели почти полностью от могучего флота, как те два великих порта и рынка, из которых они пришли. Карфаген вынес из Тира и Сидона исключительную торговую прыть, опыт мореплавания и многое другое.

В предыдущей главе я уже говорил о психологии, которая лежит в основе некоторых культов. (продовження…)

“Я знаю, что расовое происхождение наше считается восточным; даже верю в это, хотя многие теперь это оспаривают. Но это не относится к делу. Из 15 миллионов евреев, которые насчитываются в мире теперь, 14 миллионов произошли от отцов, которые переселились на «Запад» около двух тысяч лет тому назад. За этот период Европа прошла всю дорогу от гуннов и тевтонов до Лиги Наций и беспроволочного телеграфа. Достаточно времени, чтобы отвыкнуть от «азиатского» темпа жизни и сростись с «европейским».

Я также знаю другой факт, более грустный: что у нас, в старообрядческом еврейском быту, есть еще много диких пережитков подлинной «восточности» — ненависть к свободному исследованию, вмешательство религии в быт, женщина в парике, которой чужой мужчина не подает руки. Но если бы мы на минутку поверили, что эти черты принадлежат к органической сути еврейства, мы бы, вероятно, махнули рукою на идеал увековечения такой сути. На то и была у нас гаскала, чтобы отделить пережитки от сути. И она успела: пережитки вымирают, суть остается.

Суть же эта, по крайней мере наполовину, выражается в том, что Европа морально «наша», (продовження…)

Утверждение о том, что свои куда более опасны, чем чужие, вроде бы противоречит логике, здравому смыслу. На самом деле никакого здравого смысла нет, а есть страх перед чужим, внушённый (порой не без основания) поколениями воспитателей и проповедников. Учёные и рядовые граждане, очевидно, верят, что наши улицы кишат видимыми, а ещё больше – невидимыми, враждебными чужаками, которые только и делают, что в «столкновении цивилизаций» пытаются бросить вызов нашему образу жизни.

Чужим быть легче?

В реальности всё иначе. Насилие обычно поднимается и нарастает изнутри, а не приходит извне. И в этой ситуации чужаком быть проще и безопасней. Я вырос во Львове. Там жило разнородное население, не испытывающее особой любви друг к другу. Русские, украинцы, поляки, евреи, армяне и ещё десятки национальностей СССР. Ещё горожане и выходцы из деревни, центровые и жители окраин; атеисты, православные и греко-католики, римские католики и баптисты. Антисемитизма во Львове хватало и на бытовом, и на официальном уровне. И я как-то инстинктивно создал свою особую еврейскую идентичность. Скажем, сидел народ, водку пил, салом с луком закусывал. Я же им говорил, что я – еврей, и сала мне нельзя и, пожалуйста, сварите мне яичко. Народ удивлялся, но уважал. Зато тем, кто пытался мимикрировать, выдавать себя за русских, украинцев, поляков и т. д., приходилось куда тяжелей. (продовження…)

Фрагмент статьи А. Дугина “Евреи и Евразия”

Известный евразийский автор Яков Бромберг в свое время выдвинул очень похожую идею в своей статье “О еврейском восточничестве”. Речь шла о том, что в среде российского еврейства явно различимы две антагонистические группы, представляющие собой полярный психологический и культурный архетип. Одна группа — хасидско-традиционалистской ориентации. Для нее характерны мистицизм, религиозный фанатизм, крайний идеализм, жертвенность, глубокое презрение к материальной стороне жизни, к стяжательству и рационализму. Но кроме ортодоксально религиозный среды, тот же самый психологический тип давал, секуляризируясь, пламенных революционеров, марксистов, коммунистов, народников. Причем одна из ветвей мистического еврейства отличалась не просто абстрактным марксизмом, но глубокой симпатией и искренней солидарностью с русским народом, особенно с русским крестьянством и русскими рабочими, т.е. со стихией не официальной, царистской, но коренной, почвенной, донной, параллельной России, России старообрядцев и мистиков, “зачарованных русских странников”.

(продовження…)

Свободная пресса, А. Полунин / ноябрь 2011

«СП»: – Гейдар Джахидович, что определяет 2015 год?

2 ноября 2011 года в МГИМО состоялась встреча студентов с Авигдором Эскиным, на которой обсуждались проблемы Ближнего Востока и Израиля. (продовження…)

1. ПАЛЕОЛИТ
Открылось ли Сакральное бореалу в определенных звуках или же он нашел способ как адекватно выразить свое видение Сакрального? Боги были вызваны в этот мир из Хаоса, когда их имена отделились от Белого Шума – создал ли их бореал как звуковые комбинации, либо же боги как джинны в бутылках терпеливо ждали своего открытия, изобретения ключа Речи?
Человек получил Язык как первое откровение, и открыл Мир через Язык, а через Речь утвердил свое место в нем. Мироздание = Мировоззрение. Теонимы как первые семанты, семантические формулы, отражающие тот или иной аспект мировоззрения. Осознавал ли человек изначально семанты как полноценные сущности, которые оживали в процессе речи (поэзии, молитвы и пр.), или же лишь как следы этих сущностей, идентифицируя себя по факту оторванности от них? (продовження…)

Кто-то из евреев считал Галут наказанием, а кто-то – миссией. Но было очень много евреев, которые почему-то воспринимали Галут как шанс доказать всему миру, какие мы хорошие. Этот страшный мозговой перекос, к сожалению, вполне характерен и для многих наших галутных соплеменников. Они ходят по белу свету, подходят к местным (кто бы они ни были), крепко берут их за пуговицу, проникновенно заглядывают в глаза и пропевают: “А вы знаете, мы – хорошие!”.

Естественно, что любой нормальный человек от такого запева шарахнется с полным недоумением – что от него вообще хотят? Но его уже крепко держат за пуговицу – не забыли? И песня продолжается: “Мы за вас даже больше, чем мы за нас!” Невольный слушатель выпадает в осадок и начинает опасаться за целостность рассудка надоеды, а заодно и своего собственного.

Если аборигену удалось вырваться от первого встречного еврея,  (продовження…)

Греки не раз прославляли свою страну далекими и смелыми походами. Вошел в историю поход Александра Македонского на Восток, начатый в 334 году до н. э. (Ошибаются те, кто считает этого величайшего полководца древнего мира не греком: древнемакедонский язык был настолько близок к древнегреческому, что и древние авторы, и современные исследователи совершенно справедливо считают его греческим диалектом). За несколько столетий до Гомера состоялся групнейший поход объединенных греческих племен на Трою. Из истории в мифы перешли походы Геракла и плавание аргонавтов (историческое зерно этих мифов относят к середине второго тысячелетия до н. э.). Очень древними и трудно поддающимися датировке являются мифологические сюжеты о греческих походах в Индию, связываемых с именами Диониса и снова-таки Геракла. Греки, жившие на Крите и создавшие там высокую цивилизацию, издавна плавали и в Черное море, и даже в Атлантический океан. В легендах такого далекого острова, как Ирландия, есть информация о нескольких плаваниях греков на этот остров. Но, оказывается, некоторые крупномасштабные походы древних греков происходили так давно, что сведений о них осталось очень мало.
Неожиданным открытием завершилось изучение письменных документов древнего Востока, а именно Месопотамии (продовження…)

12 сентября перед студентами и преподавателями МГИМО выступил политолог, профессор Дипломатической Академии МИД России, Игорь Николаевич Панарин с лекцией «Миссия России в евразийской интеграции. Идеология и практика».

По сложившейся традиции открыл заседание Евразийского клуба МГИМО его председатель Юрий Кофнер. Он представил аудитории именитого профессора, напомнил о его заслугах, а также порекомендовал студентам книги И. Н. Панарина, в которых взгляды автора выражены наиболее ярко. В частности, ребятам была рекомендована книга «Крах доллара и распад США». (продовження…)

Предисловие редакции: Решительно осуждая любые виды терроризма, наша редакция, тем не менее, публикует текст уважаемого рава Аврома Шмулевича, ибо в нём «казус Брейвика» рассматривается с весьма неожиданной, а именно «мифологической», стороны. «Герой Норвегии», «изнемогающий» ныне в камере-одиночке и заявляющий, что ему, мол, там скучно, стал в некотором роде зачинателем новой маргинальной мифологии, которая овладела уже многими умами. И это, несомненно, тревожный сигнал, ибо эстетизация насилия никогда не была и не будет панацеей от реальных проблем, решать которые нужно совсем иначе. Норвежский киллер — не «лидер нации» и уж точно не «Один», но тяжкий недуг Европы. И именно потому не стоит боготворить ни исламский террор, ни уж точно террор «под рунами», ибо терроризм и религиозная война ведут только к пропасти, откуда нет пути назад.

Ровно десять лет назад, 14 сентября 2001 года, я должен был вылететь в Афганистан — по личной договоренности с Ахмад-Шахом Масудом брать у него интервью для второго канала израильского ТВ. Но за пять дней до назначенного срока, как раз тогда, когда прорабатывался вопрос нашей переброски в Афганистан через Таджикистан, пришло известие: Масуда взорвали… «Аль-Каида» методично устраняла конкурентов, мешавших ей получить полный контроль над землей Хорасан (частью которой как раз и является Афганистан).

Той самой, имя которой с детства известно любому мусульманину. «Если вы увидите черные знамена, подступающие со стороны Хорасана, то идите к ним, даже если вам придется ползти по снегу, потому что среди них будет халиф Аллаха — Махди», — говорится в хадисе («Аль-Хаким», 8572, и «Ахмад», 22387), одном из ключевых изречений для современных бойцов политического ислама. Махди — «ведомый Аллахом», «халиф Аллаха», исламский мессия — должен повести правоверных на последнюю победоносную битву с миром куфра — то есть со всеми, не принявшими ислам.

Впереди было 11-е сентября, вторжение американских и британских войск в Афганистан, война в Ираке. Но военный успех зависит не только от экономических или технологических достижений. Очень многое зависит от того, насколько воюющая сторона сможет использовать культурные коды, архетипы массового сознания, мобилизовать для своей победы историческое прошлое, внушить ужас и уверенность в своей победе своему противнику. Именно так и поступила «Аль-Каида». (продовження…)

Часть I. Рассвет и закат

В официальной всемирной истории, современные учёные очень много внимания уделяют  Европе и Китаю,  причём очень подробно описывают свои исследования. Но я хотел бы вам показать иную, неизвестную историю – историю Древних тюрок или тюркютов, как принято называть этот этнос, дабы не путать его с современными тюрками,  у которых наименование «тюрки» понимается, как лингвистическое. Мой рассказ посвящён державе, созданной правителями династии Ашина, появившихся в Золотых Горах, в Центральном Алтае. Тюркюты выделились на фоне истории Азии. Но увы, о них забыли. А зря…

(продовження…)

Исламская политическая мысль включена в глобальные идеологические тренды в большей степени, чем может показаться рядовому наблюдателю с Запада, считает директор научных программ Фонда Марджани Игорь Алексеев.

— Шесть лет назад на русском языке вышла книга Жиля Кепеля «Джихад». В ней Кепель написал,что исламизм идет к своему закату…

— Книга вышла в русском переводе в 2004 году, а французский оригинал в 2000-м, незадолго до терактов 11 сентября 2001 года. Многие исламоведы тут же подвергли Кепеля обструкции, так как приговоренные им к закату исламисты нанесли удары по Нью-Йорку и Вашингтону. В результате была потеряна из виду одна очень важная проблема, которую он поставил, — действительный кризис проектов так называемого исламского государства.

В классическом понимании государство подразумевает централизованную власть, профессиональный бюрократический аппарат, регулярную армию и отлаженную налоговую систему. Ранняя исламская политическая модель, к которой отсылают все «исламистские» проекты в качестве идеального образца, — созданная Пророком Мединская умма — была лишена всех признаков государства. (продовження…)

К сожалению так исторически сложилось, что лингвисты не знают истории, а истории – лингвистики поэтому проблема шумеро-индоевропейских и шумеро-германских контактов распадается на две составляющие. Для филологов она выглядит примерно следующим образом.

Шумерский язык стоит особняком в существующей классификации языков, однако, в последнее время наиболее жизнеспособными оказались 4 гипотезы о родстве с дравидскими (Кифишин), финно-угорскими (Парпола), картвельскими (Ребрик) и сино-тибетскими (Браун) языками. Все эти теории строятся на основании наличия в шумерском языке общих черт с этими языками, причём таких черт, которые превосходят сходство допустимое ностратической теорией. Одновременно с тем, в течение последних 100 лет несколькими лингвистами было обнаружено несколько удивительных шумерских заимствований в ИЕ языках. Наиболее известны заимствования выявленные Ивановым и Гамкрелидзе в книге “ИЕ язык и индоевропейцы” (Тб., Мецниереба, 1982), однако, это не единственные примеры подобных заимствований. Главная беда подобных исследований состоит в том, что они используются лингвистами для своих квазиисторических построений, так Иванов и Гамкрелидзе использовали их для доказательства локализации ИЕ прародины в Армянском нагорье.

Поэтому обнаруженные лингвистами факты заимствований всегда следует отделять от сформулированных ими теорий. Шумерские заимствования в ИЕ-м остаются заимствованиями даже в том случае, если прародина ИЕ и не находится в Армянском нагорье (продовження…)

Дороги народов североиранской культуры, к которой относятся аланы-осетины, пролегали по многим территориям и в различные времена. Иногда они переплетались, а иногда разбегались друг от друга, теряя родственные связи. Порой они обрывались, пропадая навечно под зыбучими песками истории, а то вдруг возникали как бы ниоткуда и в тех местах, где само их наличие было непредсказуемо. Мы попытаемся рассказать Вам небольшую историю, связанную с судьбой культуры алан-осетин.
Это было очень давно – более четырех тысяч лет назад. Человеческая цивилизация делала тогда первые свои шаги, многие из которых современная наука может уже воскресить. Климат на планете благоприятствовал расцвету первых земледельческих культур, сосредоточенных в теплой зоне Средиземного моря, Персидского залива, Индии. Но к северу и востоку от древних цивилизаций простирались девственные пространства степей и лесов, обитель первобытнообщинных племен, из недр которых впоследствии появятся новые народы и новые цивилизации. Сегодня этническое разнообразие или родство народов наука определяет по языковому признаку. Язык народа становится его родословной и визитной карточкой в Историю.
В те далекие времена великие цивилизации не обращали внимания на северо-восток, откуда придут герои нашего рассказа, «великие» были заняты собой. В Египте архитектор Имхотеп чертил контуры знаменитой Ступенчатой пирамиды для фараона Джосера, на шумерских равнинах бурно развивались первые города-государства Ур, Урук, Лагаш, в долине Инда строители укладывали кирпичи в стены домов Махеджо-Даро, а кузнецы эгейских островов отливали свою первую бронзу. Именно в те далекие времена происходит одно из самых выдающихся событий в истории человечества. (продовження…)

Название доклада может показаться странным лишь для того, кто думает о платонизме как о философской традиции, передававшейся от греков к народам позднейших эпох. Но платонизм может пониматься и как идеалистическое направление мысли вообще, и тогда он заслуживает историко-типологического рассмотрения. Идеалистические умонастроения платоновского типа можно встретить и в тех культурах, где не была развита философская традиция. Там он был укоренен в ритуальных конструкциях и мифологических представлениях. И первым письменным свидетельством существования платонических умонастроений в человеческом обществе являются клинописные тексты на шумерском языке, составленные в III-начале II тыс. до н.э.

Прежде чем приступать к характеристике черт шумерского предплатонизма, следует определить сам платонизм. Мы последуем здесь за А.Ф. Лосевым, который в своей монографии «Эстетика Возрождения» определяет его сущность как: а) примат материи над идеей; б) рассмотрение вещи в ее смысловой полноте; в) жизненную силу; г) порождающую модель вещи; д) особую субстанцию. Эту философскую дефиницию следует дополнить предфилософскими чертами идеализма: а) идеализм вообще и платонизм в частности различает вечное и изменчивое, отдавая предпочтение первому как образцу и основанию второго; б) идеализму также присуща соревновательность, он должен утвердить свое превосходство над всем изменчивым и земным; в) идеализм обязательно трагичен, поскольку он связан с представлениями о таких имперсональных субстанциях, как предопределение и судьба.

Идеализм шумеров начинается уже с базового понятия о боге. (продовження…)

Внимание! Статья публикуется на дискуссионной основе, а также как “наглядное” пособие по изучению Антисистем!

Предисловие редакции: Данная статья «правого анархиста» и русского мусульманина Вадима Сидорова, более известного под именем Харун ар-Руси, ценна тем, что в ней дан очень обстоятельный и жесточайший анализ определённых «мутаций» в лагере нынешних «ультраправых». Он абсолютно верно критикует пресловутый «европеизм» (который, к наивеличайшему прискорбию, часто сводится к фанатичному обожанию одного мёртвого тоталитарного режима) и откровенное низкопоклонство перед англосаксонской цивилизацией, защитниками которой собираются стать аборигенные «наци». Кроме того, этот текст как бы лишний раз подтверждает «нищету национализма», что истерически мечется из стороны в сторону в поисках своего «лица». Вот только каким оно будет? То ли «true-европейским», то ли «true-англосаксонским», то ли ещё Бог знает каким? Со своей стороны заметим, что нужно вглядываться внутрь самих себя, ибо в нас, в наших народах, в культурах и традициях есть ВСЁ. И тогда не придётся примерять на себя чужие, часто не по размеру, одежды. Так останемся же самими собой, ибо ВСЁ – В НАС!

Одной из проблем критического диалога между белыми мусульманами и национал-социалистами в наши дни является главным образом… почти полное отсутствие последних. Ведь хотя людей, называющих себя «нацистами» или «НС», пруд пруди, настоящих национал-социалистов или даже просто тех, кто понимает сущность этой идеологии, уже не говоря о способности адаптации ее базовых принципов к современности, единицы. Такие люди сегодня либо прямо переходят в Ислам, либо стоят на исламофильских позициях, что вызывает нарастающее раздражение у первых – т.н. «нацистов» или «правых». (продовження…)