Никита Редько: Казаки-французы и Уральское казачье войско

Уральский казак верхом, Карл Верне, 1810-е гг.

Казаки-французы, военнопленные армии Наполеона, приписываемые к казачьим войсковым формированиям, не прижились на территории Уральского казачьего войска, точнее говоря, они не направлялись сюда по высочайшим распоряжениям и предписаниям так, как в другие области РИ, где проживали казаки. Большое количество военнопленных армии Наполеона оказалось на территории Оренбургского казачьего войска. Но оренбургские казаки вообще очень тесно соприкасались с уральцами, также как жители территории ОКВ соприкасались с жителями УКВ и ей приграничной территории. В частности, российский дворянин В.И. Племянников имел в начале XIX века на территории Уральской области, в 15-ти верстах от Уральска на другой стороне Урала, имение Степное, куда он отвозил одного военнопленного вестфальца, гостившего у него в поместье.

А.И. Попов в своей работе «Обзор мемуаров, дневников и писем военнопленных Великой армии, побывавших в России в 1812-1814 гг.» приводит следующую информацию об этом военнопленном:

 «Рюппель Симон Эдуард (1792-1863), унтер-лейтенант вестфальского 2-го гусарского полка. Пленен 19 августа 1812 г. возле Валутиной горы. В Дорогобуже встретил колонну французских пленных под конвоем ратников, которыми командовал отставной подполковник. Здесь были пленные из 12, 21 и 127-го полков дивизии Ш.Э. Гюдена. Образовалась колонна из 20 офицеров и 1200 солдат, затем она увеличилась до 2 тыс. чел., главным образом поляков. Пленные ежедневно преодолевали по 24-30 верст и через Вязьму и Бородинское поле, где русские строили укрепления, пришли в Москву. Здесь встретили вюртембергского полковника «Вальдбург-Цайль-Вурцаха» с адъютантом Бассом, взятых в плен при Инково. К колонне присоединились 8 португальских офицеров, значительное число хорватов из дивизии П.Ю.В. Мерзеля (3-й полк), так что она увеличилась до 3 тыс. чел. Во Владимире жители обзывали пленных «шельма, французская собака», здесь встретили капитана 21-го полка Дюплесси и инженер-географ-лейтенанта Бутино, взятого в плен 12 августа. Затем колонна двинулась в Симбирск, и в пути ее обогнал генерал Бонами, направлявшийся в Саратов. В Муроме офицеры получили деньги из расчета по 25 коп. в день. Здесь начальство над колонной принял майор Павел Петрович Булыгин, бывший морской офицер. Через Арзамас пленники прибыли в Симбирск. Пленных осталось 400 чел., и они должны были идти через Самару в Оренбург, где генерал-губернатором был князь Г.С. Волконский. Затем пленных отвели в Бузулук. Сам Рюппель некоторое время жил в Уральске в семье Племянниковых. Его брат, премьер-лейтенант гвардейских шволежеров, был взят в плен при Гжатске и отправлен в Саратов. Рюппель направился туда через Самару и Вольск, где было много пленных. В Саратове жило около 400 пленных офицеров, в том числе генералы Сен-Женьес и Боннами, полковник Ж.С.  Мишо де Сен-Марс, лейтенант К. Ведель. Капитан О. Сегюр жил в доме губернатора А.Д. Панчулидзева, подполковник князь Х. Хоэнлоэ-Кирхберг – у барона Крюденера. По словам Рюппеля, согласно приказу царя каждому офицеру выдали по 100 руб., чтобы вернуться на родину.  Возвращаясь из России, пленники шли через Сердобск, Кирсанов, Пензу, Тамбов, Бобруйск, Слоним, Кобрин и Белосток».

Уральский казак, гравер Адам, 1830 г.

С.Н. Хомченко в своей статье «Оренбургская губерния в мемуарах пленных военнослужащих Великой армии Наполеона» приводит некоторые подробности, связанные с пребыванием  С.Э. Рюппеля в Бузулуке. В частности, он упоминает, что в Бузулуке Рюппель с некоторыми товарищами был приглашен в загородное поместье Покровское, принадлежавшее дворянину Племянникову, который уже на следующий день сообщил французскому пленному о намерении дать ему приют в своем доме, сто было воспринято с благодарностью. Спустя некоторое время проживания в поместье дворянина Рюппель вместе со своим покровителем Племянниковым совершил поездку в его имение Степное, близ Уральска. В этом имении они занимались охотой и рыболовством, а также съездили в стоящий неподалеку киргизский табор, где обменяли водку на кумыс и наблюдали скачки киргизов на лошадях и стрельбу из лука на скаку по воткнутой в землю пике.

Рюппель оставил в своих мемуарах, опубликованных в 1912 г. в Берлине, упоминание о пребывании в Бузулуке, о поездке в имение Степное и даже об Уральске, который они проезжали. Вот этот кусочек его воспоминаний в переводе на русский:

«У моего покровителя Василия Ивановича во многих сотнях верст отсюда, в районе Уральска, на той стороне [реки] Урала, было поместье. Каждую весну он туда ездил, и так как сейчас он тоже туда собирался, я попросил взять меня с собой, что было ему очень приятно. Одним прекрасным утром мы выехали из Покровского в большой удобной кибитке, запряженной тремя лошадьми, с кучером и слугой. Так как все сумки и свободное пространство в кибитке были забиты продуктами, я сразу решил, что мы долго будем проезжать по глухим местам или бедным районам, что и подтвердилось. Немногие башкирские и казацкие деревни были совсем оставлены их обитателями, в это время они занимались в степи скотоводством и охотой.
Хотя мы ехали очень быстро, только через пять дней мы добрались до городка Уральска, после которого все время ночевали в кибитке, которую для этой цели останавливали и закрывали. Уральск вызвал у меня большой интерес тем, что в 1773 году ужасный Пугачев (Pugatscheff) впервые поднял здесь знамя восстания. Всего лишь простой казак, но одаренный значительными талантами, с помощью мужества и решимости он смог стать очень значительной персоной, а из маленькой кучки мятежников создать многотысячную армию, захватить Оренбургскую, Астраханскую, Саратовскую и Симбирскую губернии, и разрушить огнем и мечом места, где ему не подчинялись. Посланные против него генералы Суворов и Михельсон выдержали несколько кровавых битв с этой беспорядочной, но фанатичной толпой, которая в конце концов была рассеяна. Их вождь, который был заманен несколькими казаками в Уральск под тем предлогом, чтобы еще раз там поговорить с товарищами, а потом вместе бежать в Ногайские степи, был там ими схвачен и связанным передан русскому военачальнику. Суворов приказал посадить Пугачева вместе с 12-летним сыном в железную клетку и так через Саратов, Симбирск и Казань отправить в Москву, где за мятеж его ждала казнь. Городок, который тогда, так же как и река, назывался Яик, с того времени носит имя Уральск, чтобы истребить всякое воспоминание о казачьем бунте. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Кирилл Серебренитский: Букеевская Орда: Хан-Сарай на Ханской речке

gallery-379-bИз программного цикла публикаций по ориентологии наполеоновской эпохи (Средняя Азия). Специально для «Эсхатона»!

** Осенью 1801 года из-за реки Урал (которую казаки по-прежнему упорно именовали — Яик, а казахи – Джайек) в пределы Астраханской губернии, хлынул поток мигрантов из Казахстана, из Младшего Жуза. Их привёл султан Букей, сын Нур-Али-хана, из дома Чингиз-хана.
В то время султану было уже около шестидесяти лет. В 1790х, казалось, один шаг отделял султана Букея от власти над Младшим Жузом. Два его брата, Ерали-хан, затем Ишим-хан (или Есим-хан, убитый в 1797 году) побывали на троне Младшего Жуза; ещё один брат, султан Каратай, с 1800 года яростно добивался Ханского трона.
В 1797 году, после гибели Ишим-хана, было создано, под патронажем генерал-губернатора Оренбурга, — правительство Младшего Жуза, — Ханский совет; его возглавил султан Букей, и некоторое время он считался самым вероятным кандидатом на престол.
Но по воле российских властей, был поднят на кошме новый Хан — Айчувак (Айшуак), сын Абул-Хайр-хана, тогда уже — семидесятилетний старик. Это был родной дядя Букея.

… Император Павел подписал указ от 11 марта 1801 года: султана Букея «… принимаю к себе охотно, позволяю кочевать там, где пожелает…».
Пришла целая кочевая страна: около 23 000 душ, 5 000 кибиток. Прежде всего это были племена из союзов Байулы и Алимулы. Но были и роды из союза Жеты-ру.
Тихо, бесшумно на восточном краю Европы появилось новое вассальное государство: Внутренняя Киргизская Орда (или — по имени основателя, — Букеевская Орда, Бокей-Орда). Только в гигантской России могло быть такое: целая страна, — обширная, и, в параметрах Великой Степи, относительно многолюдная; со своим правительством, с войсками, с потомком Чингиз-хана на троне – была создана в пределах одной из окраинных губерний.

И это экзотическое событие прошло почти незамеченным – в Петербурге, в Москве, в сферах, проникновенно отслеживающих акты российской Большой Истории.

На северо-западе во владения Букеевской Орды вошла Ак-Сарайская степь. Здесь западная граница Внутренней орды непосредственно примкнула к землях Берекетского острова — территории ногайцев-карагашей.
В наполеоновские годы владения султана Букея и земли карагашей соприкасались весьма болезненно, фрикативно. Граница между ордынскими и внтрироссийскими землями была расплывчатой, и была окончательно чётко обозначена только после смерти Букея, в 1818 году.
В первые годы кочевья букеевских племён тянулись большей частью к побережью Каспийского моря, от устья Волги до устья Урала. В зимнее время они со своими стадами обитали в гигантских зарослях камыша вдоль неисчислимых рек, проток и озёр.
Затем они постепенно начали продвигаться к северу.
Вскоре определился главный плацдарм Орды — двенадцать благодатных урочищ в Рын-песках (Нарын-кум). Оттуда подданные султана Букея быстро распостранились до рек Большой и Малый Узень, Торгун, Чижи, вплоть до Камыш-Самарских озёр.
На западе Внутренняя Орда опасно надвигалась на земли, которыми владели калмыцкие улусы.

Итак, с 1801 года на размытой азиатской границе России, в Прикаспии, между низовьями Волги и Урала, возникла новая государственная конструкция: Внутренняя Киргиз-Кайсацкая Орда.
Внутренняя — название несколько обманчивое. Формально — да, Орда оказалась внутри Астраханской губернии. Но на самом деле — это была, наоборот, словно распахнутая дверь из России в Азию. Чёрный ход Империи.

На первых порах за обустройство Внутренней Орды отвечал астраханский гражданский губернатор — тайный советник Андрей Васильевич Повалишин (1760 или 1765 + ?). До того — генерал-лейтенант; двадцать лет прослужил в пехоте, в том числе долго на Кавказе, участвовал в сражениях против иранских и османских войск. На должность губернатора Астрахани он был назначен в августе 1800 года.

(Как раз в это время, с сентября, началась разработка сверхсекретного проекта — российско-французского похода в Индию; основной опорной базой этого проекта должна была стать Астрахань).

По разным сообщениям, Андрей Повалишин был губернатором Астрахани — то ли до июля 1802 года, то ли — до 1804го.
В любом случае, именно его можно считать непосредственным организатором Орды.

В сентябре 1812 года отставной тайный советник Андрей Повалишин при неясных обстоятельствах задержался в Москве, и оказался в расположении Великой Армии. Перед самым выходом наполеоновских войск из Москвы он был, вроде бы, арестован в качестве заложника, но вскоре освобождён. .

Затем общее руководство над сотворением нового квази-государства в пределах губернии принял на себя инженер-генерал-майор Иринарх Иванович Завалишин, (1769 + 1821). С 1803 года он — воинский начальник в Астрахани и инспектор Кавказской линии от Каспийского до Черного моря. В это время он исполнял обязанности военного астраханского губернатора.

На восточную окраину Европы этот молодой генерал прибыл с Запада. Он долго служил в Варшаве, а в 1799-1800 годах участвовал в экспедиции в Голландии – против войск Французской Республики; особо отличился в сражении при Бергене, затем некоторое время находился, вместе с российской эскадрой, на британских Нормандских островах. В генералы он был произведён в тридцать лет. Осенью 1800 года он оказался в опале (как и очень многие офицеры и генералы, — в последние месяцы Император Павел был особенно непредсказуем и порывист в гневе).

Видимо, благодаря павловской опале, Иринарх Завалишин был замечен и вызван из отставки в 1801 году. Александр I решил задействовать его на более высоком уроне. И назначил его на весьма значительный пост в Астрахань. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Кирилл Серебренитский: Каджары. Этнос и Династия (I)

Специально для МезоЕвразии

Каджарский всадник. XVII век.

Каджарский всадник. XVII век.

** Каджары – трагический излом на грани этнической истории и исторической этнологии.
Исторические Каджары: блистательная, грозно сверкающая доспехами воинственная элита. Каджары – императорская династия Ирана; ханы Гянджи и Мерва, наследственные сардары и беглербеги Эривана, Астрабада, Горгана, Мазандерана и так далее. Владения коронованных Каджаров простирались от Большого Кавказского хребта до пустыни Кара-Кум. Если взглянуть на карту – зрелище представляется величественное.
И — этнические каджары: небольшой, безмолвный, судя по всему, исчезающий народ в Иране и Азербайджане; каджары-гаджары – почти не изученные ещё этнические реликты: кланы, роды, отдельные семьи, почти позабывшие свою родословную, — в Туркмении, Турции, Афганистане, Грузии.

КАДЖАРЫ: НАРОД.

** Каджары, Qacarlar – сейчас: некая этническая общность, у которой даже статус – невнятный: маленький народ, который постепенно растворяется в толще тридцатимиллионной нации азербайджанцев.
По крайней мере, классический «An Ethnohistorical dictionary of the Russian and Soviet empires» утверждает: каджары – субэтнос азербайджанцев. Каджарский язык считается одним из архаичных диалектов языка азербейджан-дили.
Каджары – мусульмане, и здесь проходит линия разлома: основная часть каджаров, как абсолютное большинство населения Ирана, – шииты; но, по некоторым сообщениям, значительно количество каджаров-суннитов.
Иран – единственная страна, в которой каджары пока ещё существуют официально – как этническая общность, как национальность. И до сих прослеживаются достаточно отчётливо.
Иранские каджары предшествующие пять веков, до середины ХХ века, упорно держались за кочевой быт. Горные каджары-юхари до сих пор – скотоводы, отчасти кочевники. Равнинные же каджары-ашаги давно уже земледельцы. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Никита Редько: 31 мая — День памяти жертв политических репрессий в Казахстане. Реабилитация совести

В начале прошлого года Верховный суд Российской Федерации установил законность 75-летнего запрета на доступ исследователей к архивным делам репрессированных в период существования СССР (прим.). Значит ли это, что в конце долгого тоннеля теплится надежда, и есть основание полагать, что нынешний год может стать часом «икс» для восстановления исторической правды, если вести точку отсчета с рокового 1937 года. Неопределенная надежда лучше определенной безнадежности. Только боюсь, когда опустят шоры, мы так и не увидим долгожданный свет, если не произойдет чудо и власти не обратят пристальное внимание на эту проблему уже сейчас, сегодня, когда она так остро стоит перед нашим обществом, обреченном на долгие поиски правды в тихом омуте государственного произвола.

К такому размышлению меня подтолкнуло прошлогоднее посещение архива Комитета Национальной Безопасности Республики Казахстан в надежде лично ознакомиться с делом репрессированного прадеда, расстрелянного 26 октября 1937 года постановлением тройки УНКВД по Оренбургской области от 25 октября 1937 года. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Никита Редько: По следам Наполеона в Казахстане

На самом деле это определенный качественный прорыв Восточного Бонапартистского Комитета на территории Казахстана. С 2009 года по 2011 год шесть публикаций в газетах, три городских, одна республиканская, переговоры с руководством Западно-Казахстанского Государственного Университета им. М.Утемисова для проведения презентации Букеевского проекта ВБК в Уральске, приглашение к участию в международной конференции, посвященной юбилею Букеевской орды, и даже краткая презентация нашего Букеевского проекта на круглом столе в Западно-Казахстанском Областном краеведческом музее, все это свидетельствует о том, что бонапартистская букеевская тема, которую мы предложили нынешнему Казахстану, имеет полное право на свое существование, и внимание к ней вполне закономерное.

Начало этого проекта мне исключительно напоминает авантюру. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS