Кирилл Серебренитский: Кавказоведческие заметки. Грузия 1.

светлейший князь Пётр Петрович Грузинский

1. … сначала я хотел написать в заголовке «просто кавказоведческие заметки». Но — подумал. и осознал: Кавказ, в любом понимании этого термина, — наисложнейшая система, а поначалу речь пойдёт вообще о Грузии.
А что может быть сложнее Грузии?

Поэтому — «сложные заметки».

2. Для начала: о том, кто сделал великое советское кино таким великим и таким внесоветским.

Песенка, которая превратилась в подлинный гимн грузинского кино, — для семидесятых и восьмидесятых, для обширного и весьма значимого поколения, а то и двух.

…. Ме ра мамхеребс удзиро зеца замбахис пери Ту милхинс мхери ту свдианоб маинца вмхери...
«Я (вот) почему пою : бездонное небо цвета ландыша,
И если мне весело, пою, И если грущу, всё равно пою».

Это, если кто не узнал, «Мимино», 1977:
— Чито-гврито, чито-маргалито дааа…»

Музыка Г. Канчели, слова П. Грузинского, пел, понятное дело, В. Кикабидзе.

Итак. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Бетховен. Симфония №3 «Героическая»: в честь Великого Человека — Наполеона-Прометея

lesson-bethoven-simfoniya-n3-geroicheskayaВечные образы — силу человеческого духа, творческую мощь, неизбежность смерти и всепобеждающее опьянение жизнью – Бетховен соединил воедино в Героической симфонии и из этого сотворил поэму обо всем великом, что может быть присуще человеку…

Третья симфония Бетховена стала рубежом в развитии европейской музыки. Уже первые звуки ее звучат как призыв, словно сам Бетховен говорит нам: «Слышите? Я другой, и музыка моя – другая!» Затем, в седьмом такте, вступают виолончели, но Бетховен нарушает тему совершенно неожиданной нотой, в другой тональности. Прислушайтесь! Бетховен никогда больше не создавал ничего подобного. Он разорвал с прошлым, освободился от подавляющего наследия Моцарта. Отныне и впредь он будет революционером в музыке.

Бетховен сочинил свою героику в 32 года, он начал работу над ней меньше чем через год после того, как оставил своё горькое и безнадёжное «Хейлигенштадтское завещание». Он писал Третью симфонию несколько недель, писал, ослеплённый ненавистью к своей глухоте, словно стремился изгнать ее своим титаническим трудом. Это и в самом деле титаническое сочинение: самая длинная, самая сложная симфония из всех, созданных Бетховеном на тот момент. Публика, знатоки и критики растерялись, не зная, как относится к его новому творению. «Эта длинная композиция есть… опасная и необузданная фантазия… которая часто сбивается в подлинное беззаконие… В ней слишком много блеска и фантазии… чувство гармонии полностью утрачено. Если Бетховен продолжит следовать по такому пути, это будет прискорбно как для него, так и для публики». Так писал критик респектабельной «Всеобщей музыкальной газеты» 13 февраля 1805 г. Друзья Бетховена были более осторожны. Их мнение изложено в одном из отзывов: «Если этот шедевр и не услаждает слух сейчас, то лишь потому, что нынешняя публика недостаточно культурна для восприятия всех её эффектов; лишь через несколько тысяч лет это произведение будет услышано во всем его великолепии». В этом признании явно слышатся слова самого Бетховена, пересказанные его друзьями, вот только срок в несколько тысяч лет выглядит чрезмерно преувеличенным.

В 1793 году в Вену прибыл посол французской республики генерал Бернадот. Бетховен познакомился с дипломатом через своего друга, известного скрипача Крейцера (Девятая скрипичная соната Бетховена, посвящённая этому музыканту, носит название «Крейцеровой»). Вероятнее всего, именно Бернадот навёл композитора на мысль увековечить в музыке образ Наполеона. Симпатии молодого Людвига находились на стороне республиканцев, поэтому идею он воспринял с воодушевлением. Наполеона в то время воспринимали как мессию, способного осчастливить человечество и исполнить надежды, возлагавшиеся на революцию. А Бетховен к тому же видел в нем ещё и великий, несгибаемый характер и огромную силу воли. Это был герой, которого следовало чтить. Бетховен отлично понимал масштаб и природу своей симфонии. Он написал её для Наполеона Бонапарта, которым он искренне восторгался. Имя Наполеона Бетховен написал на титульном листе симфонии.

Но когда Фердинанд Рис – сын дирижёра придворного оркестра в Бонне, который в октябре 1801 г. перебрался в Вену, где стал учеником и главным помощником Бетховена, — сообщил ему о том, что Наполеон короновался и провозгласил себя императором, Бетховен, увы, поддавшийся республиканскому духу, пришёл в ярость. По свидетельству Риса, он воскликнул: «Значит, и этот тоже – самый обыкновенный человек! Отныне он будет попирать ногами все человеческие права в угоду своему честолюбию. Он поставит себя над всеми и сделается тираном!» Бетховен с такой яростью принялся вымарывать имя Наполеона с титульного листа, что прорвал бумагу. Симфонию он посвятил своему щедрому покровителю князю Лобковицу, во дворце которого и состоялось несколько первых исполнений произведения.

Но когда симфония была напечатана, на титульном листе остались слова: «Sinfonia Eroica… per festeggiare il sovvenire di un grand Uomo» («Героическая симфония… в честь великого человека»). Когда Наполеон Бонапарт скончался, Бетховена спросили, не мог бы он написать траурный марш по поводу смерти императора. «Я уже сделал это» — ответил композитор, вне всякого сомнения, имея в виду траурный марш из второй части «Героической симфонии». Позже Бетховену задали вопрос, какую из своих симфоний он любит больше всего. «Героику», — ответил композитор. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Янина Пинчук: Генерал Пиночет и самурайская этика

История и исторические личности воспринимаются не только в контексте фактологии, но в контексте оценки, сравнения, интерпретации – это ни для кого не секрет. Зачастую также заходит речь об этике. И подходы здесь могут быть диаметрально противоположными: «гуманисты» рассуждают с позиции нравственности, добра и зла, кантианского императива – «рационалисты» опираются на логику, «здравый смысл», эффективность действий и их конечный результат.

Я же решила поразмышлять на тему этики генерала Аугусто Пиночета Угарте… Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Кирилл Серебренитский: Русские как имитанты: К пониманию культурно-игрового кода

В среде, сохраняющей сознание агро («простой народ» — как эндоним), ещё принято ритуально осуждать матерщину; не воздерживаясь от неё, — в определённых ситуациях благостно манифестовать безнадёжное (куда ж деваться) осуждение. По крайней мере, это свойственно женщинам из этой среды. Это придаёт матерщине, помимо прочего, особый сензитивно пикантный привкус игры в противостояние опасной грубости и ранимой благости: один из собеседников беззлобно матерится, имитируя намерение ошарашить, смутить, оглушить матерщиной, а другой — имитирует смущение и осуждение. Потом — меняются ролями.

Это, в сущности, — игровой ритуал, суть которого — в консерватизме автоидентификации. Аналог — это, например, современные коляды или масленица. В России уже около столетия совсем не колядуют и не празднуют масленицу, и даже не знают смысла этих терминов (не говоря уж о смысле явлений). Но имитация коляд — это достаточно важный инструмент автоидентификации (мы — русские, мы народ, мы наследники).

«Матерная ругань» в настоящее время — это архаизм. Конечно, при инвективной атаке широко используются матерные термины, но не менее широко, скажем, задействованы в этих параметрах и известные зооморфемы.

Гигантская лингвистическая трансформация русского языка началась в эпоху сокрушения крестьянства, Великого Северного Агро, — то есть во времена коллективизации в СССР, в 1930х. С этого времени матерщина начала достаточно быстро постепенно утрачивать функции инвективы (сиречь, ругани). Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Янина Пинчук: Культурная дипломатия Швеции: организационный аспект

На фото - Янина Пинчук

Культурная дипломатия в XXI веке

С усилением глобализации в последние десятилетия мир превратился в огромное информационное пространство, где всё сильнее чувствуется взаимосвязь и зачастую – взаимозависимость стран мирового сообщества друг от друга. Это повлекло ряд изменений в международных отношениях. Во-первых, сами международные связи прекратили быть прерогативой профессиональных дипломатов и пронизали всё общество, проникая из области сугубо политической, государственной на самые различные уровни и в разные сферы деятельности. Во-вторых, нарастающую роль в жизни общества играют информационные потоки, направляя восприятие, мышление и дальнейшие действия в определённое русло.

В отношении культуры в условиях глобализации звучат разные оценки и прогнозы. С одной стороны, высказывается опасение о возможном стирании национальной идентичности в условиях унификации и глобального «смешения культур», с другой стороны – глобализация в силу установления информационной открытости помогает народам оформить, донести, выразить свою национальную идентичность наиболее полно. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Олег Гуцуляк: Талассократия и её эманации-аватары

А.Г. Дугин переворачивает всю геополитику «с ног на голову» в угоду манихейского по своему характеру жесткого цивилизационного дуализма-антагонизма двух абсолютных противоположностей – Цивилизации Суши (Теллурократии) и Цивилизации Моря (Талассократии), отождествляя их, соответственно, с Римом и Карфагеном в прошлом и Россией и Америкой – в настоящем: «…СССР воплощал в себе линию Рима, натовский блок во главе с США сознательно и последовательно отстаивал интересы Карфагена. Власть Суши (социализм) против власти Моря (либерализм), евразийство против атлантизма … Россия – центр Суши, США – воплощение Мирового острова История растянулась – как когда-то, в эпоху Пунических войн – между двумя осями, двумя ориентациями, двумя взаимоисключающими путями. Новый Рим, Евразия против Нового Карфагена (атлантизм, США). – Вот единственное истинное содержание истории ХХ века, освобожденное от многослойных исторических теорий…» [Дугин А. Карфаген должен быть разрушен: Антиамериканское большинство // Дугин А. Философия войны. – М., 2004. – http://arcto.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=1287]; «… В более широком смысле евразийство мыслит в категориях классической геополитики: Суша/Море, теллурокартия/талассократия Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Гийом Фай: Археофутуризм

Отрывок из книги Гийома Фая «Археофутуризм»

Гийом Фай (Guillaume Faye) – современный мыслитель, ставший в последние  два десятилетия одним из главных интеллектуальных лидеров  революционно-консервативного движения в Европе.
Автор нескольких книг по проблемам политологии и философии современности.  Наиболее известные из них: «Система убийства народов» (1981), «Упадок  Запада» (1984), «Новые идеологические ставки» (1985) и «Археофутуризм» (1998).
В них мыслитель провозглашает: возврат архаических ценностей; возрождение  этнических и народных традиций; организацию культа и духовности с чётко  оформленной иерархией; разделение ролей между полами; культ предков,  обрядов и испытаний при посвящении; восстановление органических общин на  уровнях от семейной сферы до народа; престиж военного класса; открытое и  идеологически узаконенное неравенство общественного статуса;  пропорциональность обязанностей правам.

Из предисловия к книге Гийома Фая «Всемирный переворот: Эссе о новом  американском империализме», Москва, 2005 

Археофутуризм Фая предусматривает (даже в пределах следующих двух декад)  возможность крупномасштабного цивилизационного кризиса. Исходя из этого,  концепция «археофутуризма» заключается в восстановлении смонтированной  итальянскими футуристами конца двадцатого века концепции Европейской  Империи, основанной, с одной стороны, на реанимации витальных архаичных  ценностей и агрессивной эксплуатации научных технологий, с другой. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Кирилл Серебренитский: Марина и Наполеон (I)

МАРИНА И ПРИНЦ

Одна девочка, очень умная, такая насупленно независимая, свирепо начитанная, близорукая и очкастая, приземистая и крепкая, ненавидящая свои непристойно круглые щёки и свои мужицкие, в папу, руки и ноги, тайно голодающая и даже пьющая уксус для похудания, при том пренебрежительно неухоженная девочка, — даже уже скорее девушка, —  поначалу просто влюбилась в Юного Принца.
На пятнадцатом году жизни. Что вполне естественно, наверно.
Кстати, — никаких аллегорий, это был это самый настоящий принц. Отец его был Император, мать – дочь Императора.
На портретах он всегда возвышенно и несколько сонно задумчив. Очень, слишком даже, высок. Строен неестественно, притом как-то шаток, непрочен. И — светел, как должно сказочному Принцу. Светло-голубые глаза, неясный уклончивый взор, слишком огромный ребячьи выпуклый белый лоб; надо лбом легчайший светлый кок, искусно взвихрённый, волной. На некоторых портретах к тому же его облегает непорочно белый мундир.

Девочка потом тоже стала знаменитой, — разумеется; иначе никто и не узнал бы об этой странно-обычной истории; пухлая девочка стала классиком Большой Русской Литературы (или это — спорно? полуклассиком ?); в её честь открыли несколько музеев, издали не только все её стихи и рассказы, но и письма, и дневники, и даже мелкие записки; кажется даже улицы где-то назвали её именем; стала она известна как М. И. Цветаева.
Марина проделывала всё, что положено — девочке, избравшей Недостижимого Кумира. Стаскивала в свою комнатку всё, что было связано с Ним. Портреты, картинки повсюду. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Кирилл Серебренитский: Король Мюрат: сказка, эпос, криптограмма (II)

АХИЛЛ МЮРАТ

** Словно: стоял где-то в полутьме, — в безмолвии, в совершенном забвении, занесённый будничной серой пылью, — Троянский Конь.
И вот: 1790-е, точнее – первые годы Наполеонианды, — ещё даже Бонапартиада: 1796-ой, 97-ой, египетские 98-ой и 99-ый.
Через три, или сколько там? – тысячелетия, — некто (Вольтер? Дидро? Руссо? аббат Рейналь?) неосторожно потревожил молчаливую громаду, уже сросшуюся со скалами, и – с грохотом отворились люки в конском тулове, и ринулись наружу – радостно и высвобождено взревев, — шлемоблещущие гомерические герои.
Титаническую гомеричность происходящего тогда ощутили – все.

** Античность – для Европы того времени (начало XIX, и далее – столетия XVIII, XVII, XVI, XV …) – это никоим образом не прошлое; скорее уж – неосознанно: некое будущее.
Само по себе будущее в те времена почти не увлекало, почти не интересовало – как этическая, социальная, философская фантазия; фантазийность была обращена – в прошлое, в Элладу (эпический Рим уже был не столь самодовлеющ, а сам произрастал из Эллады).
Античная Эллада от рождения до смерти – обступала человека начала девятнадцатого столетия, мерцала сплошными миражами вокруг, — пожалуй, так же, как сейчас (при помощи экранов, нынешний человек грубее), — мерцает голливудская фантастическая Мечта о Будущем. Европа жила в напряжённом ожидании воскрешения античности, — уже полтысячелетия почти; каждое яркое событие – сравнивалось: это (наконец-то) Новая Илиада? Это – Новый Плутарх? Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Кирилл Серебренитский: Русский бонапартизм

Русский бонапартизм возник слишком далеко от милитарной среды, вообще — от политики, скорее он изначально проявился именно через отторжение национального милитаризма, патетической милитарной эстетики (впоследствии он приблизился к русскому милитаризму, — исподволь, сложной столетней дорогой). В России, ещё при жизни Наполеона I, но после крушения его Империи, возник особый совершенно, эстетический бонапартизм, точнее — поэтический и философский; если пользоваться общепринятыми терминами, — можно сказать, что это был русский бонапартистский романтизм.
Ровно столетие в России необонапартизм пребывал в сугубо эстетических сферах, — а привнесён он был в Россию изначально из Англии; (если отслеживать спиритуальную преемственность, сильсиля русского бонапартизма — то можно привлечь десятки самых громких русских и нерусских фамилий; но как раз здесь уже сделано достаточно много: линии постоссиановских дэнди — Байрон, Пушкин, Лермонтов, Мицкевич, или русские наследники Шопенгауэра, постепенно ницшеанизирующиеся, — это всё исследовано достаточно).
Действительно, — по природе своей русский необонапартизм — явление совершенно парадоксальное. Именно поэтому — это мы вполне осознаём, — в России бонапартизм никогда не станет многолюдным, не взрастит поголовье единомышленников (мы изначально скорее планировали сообщество разномышленников), — никогда не создаст своих партий, движений, дивизий.
Это, впрочем, как мне кажется, — неплохо; потому что, я полагаю, время активизации масс прошло, слава Богу. В своё время название Восточный Бонапартистский Комитет меня и привлекло — именно как когнитивный тест, как охранительный силлогизм у входа — не допускающий чужих, неспособных на определённое интеллектуальное усилие. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS