Центр Востока и Запада

Большой русский цивилизационный проект все еще живет в недрах  разгромленной российской цивилизации. Корчатся в агонии армия и наука. Но,  как в римских катакомбах прорастали христианские откровения, так в  российских институтах продолжают работать лучшие умы страны. Без зарплаты  и перспектив в карьере, просто на случай, если их труд все-таки пригодится  Родине. Работают сотни величайших ученых, тысячи преподавателей готовят  для будущей русской державы десятки тысяч студентов. И эти студенты  трудятся, борются, двигают своим молодым умом, своим юношеским рвением  новые сверхтехнологичные проекты. Это проекты для России ХХI века,  научные проекты, которые лягут в основу величия и могущества нашей страны  в будущем. К числу таких разработок принадлежит и проект освоения Марса.
МОСКОВСКИЙ АВИАЦИОННЫЙ ИНСТИТУТ — один из постаментов советской  науки и техники, стартовая площадка для множества планетарных проектов  СССР, один из ведущих научно-технических центров человечества, кузница  кадров, двигавших науку и технику ушедшего столетия. МАИ — один из  сохранившихся до наших дней научных форпостов России. (продовження…)

Вот уже много веков идет неутихающая борьба за передел мира. Сам мир уже давно изучен, и на нем не осталось белых пятен. Некогда загадочный и грозный, населенный неизвестными народами и разделенный морями, ныне он вполне очевиден и является объектом банальной коммерческой операции. Идет сражение за его ресурсы, в первую очередь, подземные. И если раньше человек рвался в даль, открывая и осваивая новые пространства, то теперь ему это неинтересно – он смотрит вниз, в поземелье, туда, где еще очень много запасов нефти и газа. Это, кстати сказать, очень тревожный символизм. Вспомним, что почти все традиции помещают внизу область инферно. А полезные ископаемые были когда-то доисторическими животными и растениями. Получается, что сегодняшее общественное, а значит историческое, “животное” – человек – ставит свое благополучие в зависимость от потребления животных доисторических. Процесс пожирания вышел на высшую ступень, и современная экономика живет тем, что пьет кровь земли. А современная политика обеспечивает этот процесс бесконечной чередой военных и дипломатических операций. Таков “прогресс”, который превратился из Мечты в заурядную Коммерцию.
Между тем, не все еще потеряно. Человек еще может поднять свой взор и устремить его к небу, которое полно множеством звезд и планет. Там – новые океаны и новые земли, которые ждут своих мореплавателей, воинов и мисионеров. Там – Космос.
Современная цивилизация давно пошла по пути сворачивания космической экспансии. (продовження…)

В последнее время в философской и научной литературе активно обсуждается тематика, связанная о так называемым «космизмом». Однако само понятие «космизм» является недостаточно отрефлексированным. К «космизму» относят понимание человека как части космоса (в духе взаимосвязи микро- и макрокосмоса), а также представление о человечестве как едином целом. Зачастую акцент делается на идее Всеединства (идее взаимосвязанного мира). На наш взгляд, главное в мировоззрении «космизма» как явления мировой культуры – это идея космичности человека (сопряженности человека и космоса).
Следует отметить, что понимание космичности человека имеет свою специфику в различных культурах. И в этой связи представляет особый интерес феномен русского космизма, имеющий как античный (идея человека как микрокосмоса), так и христианский истоки (преображение, обожение человека, превосхождение им собственной природы и вхождение в Божественное бытие). (продовження…)

Что такое Хаос? В переводе с греческого это понятие значит «зев», «зияние», «разверстрое пространство». Хаос – это бездна, окружающая наш мир. Это чистая материя, чистый континуум, сплошное, непрерывное, бесконечное и противоречивое становление, где всё слито в единое целое. Хаос – это вечно сущее, вечно подвижное и вечно творящее живое Лоно, в котором совпадают все начала и концы. Всемогущий и безликий Хаос всё порождает и оформляет, но он же и всё поглощает в свои непостижимые глубины.
Что такое Космос? Космос – это «строй», «порядок», «мироздание», «краса», «мир». Древнегреческий корень слова «космос» выделяет идею эстетического порядка, гармонии, лада. Соответствующее ему русское слово «мир» указывает на целостность, противостоящую расколу и войне. Космос – это гармония внутри Хаоса. Космос порожден Хаосом, и поэтому, по отношению к нему, он вторичен. Космосом правит Единый Закон – Закон Меры, Красоты и Блага. Человек, восходящий в муках Свободы к высшему Благу, как и все в Космосе, подчинен этому Единому Закону.
Космос противостоит Хаосу. (продовження…)

«Дракон Небесный, Огнедышащий.
Наш Родной, трёхглавый, триединый…»

(Колохан-багши)

Нынешний Год Дракона фактически наступил в Туве немного раньше своего обычного календарного срока, ознаменовав свой приход землетрясением, которое, впрочем, не нанесло населению серьезных жертв, что вполне понятно, поскольку древний Урянхай следует считать родиной драконов. К тому же профессиональные астрологи предупреждали, что непредсказуемость, неожиданность, спонтанность действий, вообще характерная для этого календарно-мифологического персонажа, обусловили и его привычку приходить раньше обычного срока, внезапно меняя все установленные правила и нормы.
Про наступающий Год Дракона и его тотемного покровителя, Огнедышащего Змея-Дракона, в западной астрологии и мифологии бытует немало небылиц, очень обидных для этого весьма благородного, отважного и мудрого персонажа центрально-азиатского кочевнического фольклора. (продовження…)

Тенгрианство, как феномен социокультурной реальности тюркских народов, рассматривалось в трудах известного казахстанского ученого Н. Г. Аюпова с позиций объективной исторической логики развития тюркской истории. Проблематизируя вопрос об открытости тенгрианства как  мировоззрения, Нурмагамбет Глаждынович Аюпов открыл со-бытийность тенгрианства в его современном значении для казахстанской истории и  культуры. С эпохой независимости в Казахстане появилась возможность переоткрытия многих событийных историко-культурных феноменов,  являвшихся духовными артефактами, проецирующими духовную связь между историческими эпохами. Именно в эти годы появляются научные  исследования, посвященные тенгрианству, номадизму с целью реконструкции прошлого культурного наследия. Одной из таких работ является  монография Н. Г. Аюпова, раскрывающая духовный потенциал тенгрианства. Однако, в отличие от других исследователей, Н. Г. Аюпов ставил своей  задачей не только реконструкцию тенгрианства, но и его реактуализацию для современного духовно-нравственного опыта, находя в тенгрианстве  этические и эстетические парадигмальные контексты, созвучные современной мировоззренческой системе.
Тенгрианство рассмотрено Н. Г. Аюповым в контексте тюркской духовности, которую он определяет как философию морали. В целом, под  духовностью понимается процесс созидания человеческого сознания в мифологической, религиозной, философской, правовой, научной,  этической, художественно-эстетической практике.
«Тюркская духовность» – это созданная и развернутая духовно-культурная деятельность тюрков, которая формировала ценностные  представления человека о жизни, о смерти, о свободе, о нравственности, о долге, о морали. (продовження…)

Сознание Григора кружилась в смерче таинственного временного урагана. Казалось, что разум состоял из тысяч и тысяч мерцающих элементов,  как фасеточные глаза бабочки или другого насекомого. И каждый кристаллик восприятия реальности видел свой отдельный поток событий. Дух  жаждал объединить все эти ручьи в совместное русло, поэтому психическая раздробленность, расщеплённость вызывала терзания, боль,  томление души. Сознание хотело знать – кто же он на самом деле? Григор Бова, криминалист семидесятых годов двадцатого века, родившийся в  Украине на планете Земля; или космоследователь таинственной сферы Ара с мифическим именем Меркурий? А может, верный побратим славного  запорожского колдуна и гетмана Байды-Вишневецкого? Как его звали тогда? Огневик… Красивое магическое имя… А вот он скачет на коне рядом с  легендарным Спартаком… Ему четырнадцать лет, пленённый римскими легионерами в Македонии, восставшие гладиаторы освободили его из  рабства, и он готов умереть за своего вождя – мощного голубоглазого великана. А вот он идёт по заболоченной тропе меж вековых деревьев, под  ногами хлюпает вода, в руке копьё, на плечи накинута шкура медведя. Григор наблюдает за своими ногами: они мускулистые, волосатые,  неутомимые. И такие же спутники вождя – сильные, крепкие, звероподобные воины, готовые каждое мгновение к схватке и смерти, когда этого  потребует судьба родного племени. Как его зовут? Гур… Гур его имя. Даже враги называют это имя с уважением и страхом. А вот Григор летит  верхом на огромной птице. Внизу проплывают разные картины – вековечные леса, прозрачные озёра, реки, горы. Это уже, наверное, чистый сон,  бред. Такого не может быть – полёт на спине титанического аиста. Птица умная, она поворачивает к всаднику голову, будто спрашивая совета.  Удивительно, но у Григора ощущение полной реальности. Но не у Григора, а у Рияма. (продовження…)

При описі гончарного обряду виготовлення посуду (ритуалізованої технології), як правило, основна увага приділяється легко фіксованим правилам поведінки, інвентареві обрядових предметних і акціональних символів.При цьому, попри те, що для мислення носіїв традиційної культури міфолого-космологічний аспект не менш важливий, аніж практичний, «поза кадром» залишається їхня семантика. Зостається нез’ясованим, яке саме значення вкладали в ці символи, чому ті або інші явища, предмети чи дії мали таку вагу в обряді.

Об’єктом даного дослідження є специфіка традиційного сприйняття полум’я гончарного горна в контексті міфопоетичної моделі світу білорусів. Стихія вогню в контексті найдавніших ремесел майже не була предметом розгляду, хоча у гончарстві білорусів, як і в інших слов’ян, збереглося чимало відповідних обрядів, вірувань, прислів’їв. Вони є благодатним матеріалом для досліджень, у тому числі в балто-слов’янській та індоєвропейській перспективі. Архаїчність білоруських даних узгоджується з тезою про їх особливу значущість для реконструкції слов’янського язичництва (продовження…)

 (К 25-летию премьеры фильма «Гостья из будущего»)

Будущее уже не то, что было раньше.

Поль Валери

Алиса в последний раз поглядела на
всех, сказала  тихо: «Прощайте,
ребята», – и вышла из комнаты.
Навсегда.

Кир Булычёв “Сто лет тому вперёд”

Март 1985 года не предвещал ничего особенного. 11 марта на очередном  Пленуме ЦК КПСС Генеральным секретарём партии был избран мало кому  прежде известный М. С. Горбачёв. Был объявлен курс на «ускорение и  перестройку». PERESTROYKA, только-только начавшая раскручивать свой  маховик, также осталась практически незамеченной большинством советского  народа, поскольку сводилась лишь к мерам по укреплению дисциплины и  борьбе с пьянством.
Даже до чудовищной катастрофы на Чернобыльской АЭС оставалось ещё  больше месяца (больше года – разрушение 4-го энергоблока на ЧАЭС произошло  в конце апреля 1986г. – прим. ред. 2084.ru).
Пожалуй, март 1985 года можно назвать последним по-настоящему спокойным и  счастливым месяцем в жизни советского народа. Это было затишье перед  бурей. Впереди были крушение великой страны, миллионы растоптанных  жизней, тотальный распад и разруха, продолжающиеся, по сути, поныне…
Но пока что это всё было лишь впереди. И люди жили привычной жизнью,  своими привычными заботами. Работали. Растили детей. Влюблялись. Когда  ещё влюбляться, если не весной? (продовження…)

Коммунизм. Сколько мнений родилось при обсуждении этого явления, при  попытке понять, что же это такое. Сколько раз его пытались исковеркать,  оболгать, растоптать, заплевать и заклевать. Сколько раз оно оказывалось на  «свалке истории» и сколько раз его оттуда упорно возвращали в наш реальный  мир.
Что же такое этот загадочный коммунизм? На данный вопрос пытались ответить  многие писатели и философы, пожалуй, самые известные из них Маркс и  Энгельс. Они – основатели коммунистической теории, с этим практически никто  не спорит, и никто этого не отрицает. Однако так ли это?
Маркс и Энгельс творили в своё время. Другое время. Но самое главное даже не  это, по сути, жизнь не изменилась, люди те же – одежда другая. Вопрос в том,  что великолепные работы этих философов не являются теорией «для  прошлого, настоящего и будущего». У них нет космического охвата и  нравственного посыла религиозных книг. Нет глубины, нет широты и того огня,  что испытываем мы при прочтении чего-то важного, изменившего всё наше  личное будущее, наше мировоззрение и давшего нам свет (пусть порой этот свет  не так ярок и даже наполнен прожилками тьмы). (продовження…)

Назавтра после Международного женского 8-го марта 1934 года у передовой  скотницы из села Клушино на Смоленщине Анны Тимофеевны Гагариной,  тридцати одного года, родился третий ребенок, которого назвали Юрием в честь  Георгия Победоносца и Алексеевичем по батюшке. В предместье Кламар под  Парижем русская эмигрантка, мать троих детей Марина Ивановна Цветаева,  сорока двух лет, в ту весну упорно и лирически думала о смерти.
Поэтесса, широко известная в европейской “продвинутой” культуре, жена  белогвардейского офицера Сергея Яковлевича Эфрона, бежавшего из Одессы в  Константинополь после разгрома деникинского воинства, Цветаева в начале  весны 1934 года напряженно трудилась над темами публицистической прозы.  Она написала несколько эссе и заканчивала очерк детской души под названием  «Хлыстовки».
В том мемуарно-художественном произведении МЦ повествовала о сакральных,  то есть таинственных переживаниях гимназистки младшего возраста,  случавшихся с нею в летние дни начала ХХ века в дачной Тарусе Калужской  губернии.
Фантастические образы яблочных браконьеров восставали с придонного слоя  ностальгического колодца души гениальной российской поэтессы. В тарусской  сектантской группировке материнских лет “кирилловну” кликали Богородицей, а  ее вороватого сына Рыжим Христом.
В эссе «Хлыстовки», опубликованном осенью 1961 года в альманахе «Тарусские  страницы», Цветаева написала весной 1934 года: «Я бы хотела лежать на  тарусском хлыстовском кладбище, под кустом бузины, в одной из тех могил с  серебряным голубем, где растет самая красная и крупная в наших местах  земляника. (продовження…)

“Возрастающий с каждым годом интерес к наследию русских космистов вызван, с одной стороны, их философскими исканиями исторической «правды» и стремлением к созданию богочеловеческого общества на земле, с другой стороны широким научным охватом тенденций эволюционного развития, исторических перспектив человеческой цивилизации в масштабах Космоса. Такая многоплановая направленность обусловила выделение в космизме двух одинаково сильных и взаимодополняющих направлений религиозного и научноориентированного”1[1].
“Наиболее общая тенденция развития идей русского космизма состояла в отказе от элементов антропоцентризма, что проявилось в творчестве В.И. Вернадского и Н.Г. Холодного 1940-х гг., а, несколько позднее, и в «коперниканской» религиозной картине мира Д.Л. Андреева. (Об отсутствии коперниканской религиозной картины мира сожалел Н.Ф. Фёдоров, критикуя Данте Алигъери). (продовження…)

Текст публикуется с значительными сокращениями.

По эрзянски молиться – озномс, озолма-молитва, Озкс-моление. Это слово образовалось от глагола азомс, азондомс – посвящать чему-либо, аналог слова культ, пришедшего к нам из латинского языка.
Смысл моления – Озкса, духовная беседа общества, индивидуума, с Творцом, его держателями. Кроме Озолмат (молитв) есть ещё Пазморот – Гимны Богу, койморот – ритуальные песнопения. Которые пелись во время проведения обрядов и ритуалов. В музыкальном сопровождении или без такового. Инструменты, использующиеся в ритуалах – это Торама (Дорама) – труба, нудей-свирель, чавома-бубен, пувамо-волынка, кайга-скрипка, элекайга-гусли, варган-губной резонатор и т.д. Считается, что музыкальное сопровождение усиливает силу молитвы, гимна. Ливамо, лемень кундамо – поминовение предков. Озксы бывают домашние (Кудонь-кардонь озкст), Сельские – Велень озкст, всенародные – Раськень Озкст, (Мааронь Озкст). Большое место занимают Ковкерьксэнь цислань-эрьгань озкст – календарно-обрядовые моления.
Кудонь-кардонь Озксы обычно проводил Покштя (самый старший член семьи). (продовження…)

В любой государственной идеологии в прошлом подчеркивалось, что государственное устройство и его порядок копирует порядок божественный. Кочевое государство тюрков является моделью мироздания, нарисованного тенгрианством (Тайтени) в основе которого лежит:
дуализм божественного и дуального материального, созданного и функционирующего благодаря божественному
Это определяет не только божественное происхождение души, единобожие – вследствие ассоциации божественного с Вечным Небом, но и такие вещи как первичность божественного и вторичность материального, что и является основой для иерархичной структуры Вселенной и копирующей ее модели государства.

Вселенская организация эля

Легендарный Огуз и его наместник сбалансировали свое государство, чтобы получить крепкую, вечную, копирующую вселенскую, структуру (beŋgü el – ‘вечное государство’). (продовження…)

Тихо войдя в Таможенный союз, Степь опять полезла под «Медведя», опасаясь соседнего «Дракона». Остаткам  символического суверенитета и «многовекторности» пришел конец, как и открытости Степи всем ветрам. Мы  опять – за железным (таможенным) занавесом. Такова первая реакция на факт вхождения Казахстана в  Таможенный союз – первую ступень единого государства трех постсоветских стран.
Исторически, в рамках глобально-проектного мышления мы пожинаем финал реализации секретной директивы  Алена Даллеса, программы идейного разложения СССР изнутри. После девальвации «совковых» ценностей  (равенства, коллективизма и т.д.) и идейной капитуляции номенклатурной верхушки СССР мы оказались жертвой  Западного глобального проекта, его периферией, «под-проектной зоной». Глупой жертвой, которая профукала  шанс остаться самостоятельной державой из-за алчности и близорукости номенклатуры.

У разбитого корыта

Чтобы всласть «пожить как на Западе», номенклатура «кинула» свой народ, предала великие ценности свободы  и равноправия и развалила государство, чтобы «прихватизировать» его остатки по частям. Если бы ей дали  возможность честно обогащаться (как топ-менеджерам современных ТНК), если бы реализовался проект  позднего Сталина (превращения замкнутой корпорации СССР в народное акционерное государство), то СССР  ныне уверенно вышел бы в мировые лидеры-гегемоны, опередив Китай. (продовження…)

После распада Советского Союза российская государственность воспреемствовала огромное бремя исторической ответственности перед  народами, населявшими СССР и прежде всего перед народами, живущими в новых границах России.
С особой остротой стали вопросы о российской государственности и национальной самоидентичности и сохранения целостности государства в  условиях тенденций роста суверенизаций многочисленных национальностей и территорий, живущих в рамках Российской Федерации—это с одной  стороны. С другой—не менее остро сложилась проблема налаживания межгосударственных и межнациональных отношений с бывшими союзными  республиками СССР и их титульными нациями, а также с 25 млн. русскоязычного населения, проживающего там и идентифицирующего себя с  Россией и её культурой. Словом, вопрос о российской самоидентичности стал стержневой проблемой выбора пути и модели дальнейшего  социально-экономического, цивилизационного развития России как единого многонационального государства, её отношений в этой связи с  ближним и дальним зарубежьем, т.е. места России в мире и её мировой политике.
Впервые за многовековую историю (продовження…)

Об авторе:

ГУЛЬШАТ УРАЗАЛИЕВА,
кандидат философских наук, доцент Социологического факультета РГГУ

Евразийский диалог: пределы социального конструирования

Конференция «Евразийский диалог: исторические связи и перспективы»  проходила под знаком 10-летия принятия Декларации толерантности и культуры  мира. Толерантность означает уважение, принятие и правильное понимание  богатого многообразия культур нашего мира, форм самовыражения и проявления  человеческой индивидуальности. Толерантность – это единство в многообразии  [Статья 1,с.18]. Руководствуясь этим принципом можно по-особому деликатно, но  в тоже время, не отступая от принципов научной дискуссии, проанализировать  актуальные проблемы существующих субъектов евразийского диалога в  огромном евразийском географическом, геополитическом, геоэкономическом,  историческом, социальном и социокультурном пространствах. (продовження…)

Волны южного моря, накатываясь на прибрежную полосу песка, ласково касались голых ступней. Мир Креп сидел в задумчивости, подбрасывая в руке гладкий камешек. Мысли его были далеко.
Снова, как и тысячелетия назад, вставал вопрос, как поступить, какой выбор сделать. Совет не дал согласия на опыт, хоть в глазах Гора Кама Мир и разглядел печаль. Они словно говорили: «Я был бы счастлив вам поверить, но судьбы людей важнее прогресса науки».
Да, это так. Со времён Мвена Маса прошло три тысячелетия, человечество полностью обустроило солнечную систему, колонизировало несколько сотен планет, но не смогло не только проникнуть сквозь толщу Тамаса – Антимира, но даже взглянуть, что происходит там, внутри. Звездолёты Прямого Луча легко преодолевают колоссальные расстояния, оказываются в любой точке Вселенной, но не способны даже на миллиметр погрузиться в тёмную бездну антивремени и антипространства. Помочь это сделать смогут его знания, его эксперимент, который опять пройдёт тайно, как и предыдущие опыты Бета Лона и Мвена Маса.
Миру Крепу стало плохо. Да, он всё предусмотрел. Да, он выбрал астероид на орбите дальше Плутона, да, в его эксперименте участвуют не сотни людей, а лишь с десяток – верных, отважных друзей, готовых жизнь отдать за исполнение Мечты. Но всё же стоит ли это той ничтожной крохи знания, которые они получат, да и получат ли? Нельзя ведь исключать и вероятность, что их опыт… нет, его опыт, ответственность лежит прежде всего на нём, вызовет аннигиляционный взрыв, который поглотит Солнце со всеми планетами, в том числе и Землёй. (продовження…)

Кем же был Ефремов? Английским шпионом, как анекдотично уверяла отечественная разведка, устроив обыск  после его смерти, ученым, который был признан всем мировым сообществом, писателем, произведения которого  уже давно являются памятником не только научно-фантастической, но и философской мысли? Кем прежде  всего был этот таинственный, но вместе с тем простой и ясный человек, воспитанный ротой красноармейцев в  гражданскую, хлебнувший горя, но не растерявший собственного достоинства и независимости взглядов?
Он был Человеком. Прежде всего. Свободным человеком, для которого не имели значения ранги и  субординация, который в советское время не гнался за партбилетом, но и не был в восторге от американского  образа жизни, как многие “диссиденты”. Человеком, не шаблонно воспринимающим любую теорию, но  пытающимся анализировать и имеющим собственное мнение по всем вопросам.
Ефремова я начал читать где-то лет в 12, причем первым произведением была «Туманность Андромеды». С  первых же строк я был поражен восхитительной поэтичностью ефремовского слога. Иван Антонович умел  удивительно красиво описывать вроде бы простые вещи и эмоции, и в то же время делал это очень легким  языком, без нагромождений ненужных подробностей. Да, фантастические произведения Ефремова насыщены  специфическими терминами, но если рассматривать их с точки зрения чистого писательского искусства, то  выясняется, что слова в его романах, повестях, рассказах связаны друг с другом невидимыми нитями и как бы  вплетены в узор повествования, сама манера письма сразу настраивает на романтический лад. Не зря его  первые рассказы называют “стихотворениями в прозе”. (продовження…)

I

До самого недавнего времени Православная Церковь считалась на Западе немиссионерской. По общему  мнению, мощное миссионерское поветрие, столь характерное для христианского Запада последних столетий,  как-то обошло стороной «статичное» христианство Востока. Сегодня это мнение, похоже, поколебалось. Новые  исторические исследования доказывают, что достижения православных в области миссионерской деятельности  – хотя и иного рода, чем у западных христиан, – были вполне весомыми и впечатляющими [76]. В этой краткой  статье мы не стремились дать исторический или статистический обзор православно-миссионерской экспансии.  Гораздо важнее попытаться понять и проанализировать – хотя бы предварительно и отчасти – миссионерский  императив православного Предания, а проще говоря, уяснить, каким образом миссия сопрягается в нем с верой,  жизнью и всем духовным видением Православия.
Богословие миссии – всегда плод всецелого бытия Церкви, а не какая-то специальная область, актуальная лишь  для тех, кому выпало особое миссионерское служение. Православная же Церковь особенно нуждается в  уяснении главных мотивов миссии, ибо «немиссионерский» ее характер слишком часто приписывают самому  существу, «святая святых» Православия – его «сакраментальному», «литургическому», «мистическому»  характеру. Даже и теперь, когда пристальное изучение православной миссии привело к изменению  традиционных взглядов, все еще делаются попытки увидеть в ней своеобразный эпифеномен истории  Православной Церкви – то, что существует вопреки основным ее путям и тенденциям. (продовження…)

*VANGELIS “Mythodea: Music for the NASA Mission: 2001 Mars Odyssey”, 2001 (Sony Classical)*

«Наука и мифология — темы, которые очаровывали
меня, начиная с самого раннего детства» (Вангелис)

«Явление будущего воспламенит сердце» (Николай Рерих)

В XXI столетии человек обязательно ступит на поверхность Марса — пока ещё негостеприимного, таящего множество неразрешимых загадок и опасностей, безжизненного красного мира. После первых, ещё робких, шагов ему суждено воплотить в жизнь давнишнюю Мечту человечества — освоить Марс и со временем превратить его во внеземной Элизиум с голубым земным небом и белыми облаками, озёрами, реками, глубокими морями и шумящими на ветру лесами. «Разрослись марсианские леса неимоверной вышины. Кроме круглых, кратерных озёр, появились реки, извилистые, поросшие гибким кустарником, местами дугой переброшенным с берега на берег. И что самое главное: всюду в листве рассыпаны крыши домиков, лёгких и уютных, которые построили люди», – так описывает невиданный, освоенный землянами, Марс в романе «Фаэты» замечательный советский писатель-фантаст Александр Казанцев.
А потому, перечитывая эти строчки из несколько подзабытого ныне научно-фантастического произведения, ещё более хочется верить в нечто Чудесное, что наверняка ожидает нас в «прекрасном далёко».
На рубеже нового тысячелетия «предчувствие Марса» как никогда ярко проявилось в творчестве некоторых всемирно известных музыкантов и исполнителей. В 1999 году основатели берлинской электронной школы и пионеры электронной музыки Tangerine Dream выпускают удивительно красивый, поистине «ноосферно-космический» по духу и атмосферности, альбом-феерию «Mars Polaris». (продовження…)

1. Временные и пространственные символы

Проблема изучения природы символа является дискуссионной не только в области литературоведения, но и в  области лингвистики, семиотики, философии, психологии, культурологи и др. Однако в информационном  пространстве совершенно точно можно выделить символы поэтические, выступающие, по словам Ю. М. Лотмана,  «геном сюжета», и символы, имеющие архетипическую природу. К первой группе относятся, например, символ  дороги у Н.В. Гоголя, сада – у А.П. Чехова, пустыни – у М.Ю. Лермонтова и т.д., ко второй – например, радуга как  символ надежды, восходящий к библейской легенде, повествующей о событии после всемирного потопа.
Понятие символа многими учеными раскрывается через образ. Аверинцев А.А. в «Литературном  энциклопедическом словаре» дает такое определение: «Символ в искусстве – универсальная эстетическая  категория, раскрывающаяся через сопоставление со смежными категориями – образа художественного, с одной  стороны, знака и аллегории – с другой» [1; 378]. Отсюда вполне закономерен концептуальный ряд: образ –  символ – знак. Действительно символ и знак имеют общие черты: оба построены по трехкомпонентной модели  (означаемое, означающее, семиотическая связка), конвенциональны и т.д. Однако знак в отличие от символа  должен быть не только конвенционален, но и конкретен, например, знаки дорожного движения. Символ же не  подразумевает прямого указания на денотат. «Знаками регулируют движение по земным, водным и воздушным  путям, символы ведут по дорогам жизни» [2; 342]. (продовження…)

Известный русский философ Н.А.Бердяев в свое время задавался вопросом: что же замыслил Творец о России? У нас есть все основания полагать, что мыслитель прав, утверждая, что русский народ на протяжении своей истории вынашивал высокие идеи духовного смысла Бытия, истинные общечеловеческие духовные ценности.
Обратимся к самому началу истории русского народа – к язычеству. Оно господствовало в Древней Руси до конца X в. Изучение его сопряжено с большими трудностями: эта культура была устной и письменных свидетельств о ней немного. Поэтому суждения о дохристианских воззрениях славянских народов основаны на данных этнографии, археологических источниках и фольклоре. Славяно-русское язычество – это в своей основе доклассовый тип культуры, имевший мифологическое выражение. По немногим сохранившимся фрагментам мифа можно заключить, что он нес в себе наиболее общие представления о мире и человеке. Человек в те времена еще не обособился от природы, не противопоставил себя ей. Он оживотворял природу, и по отношению к себе представлял ее высшим божественным существом. (продовження…)

Н. П. Монина
Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского,
г. Омск, Россия

Понятие «русский культурный архетип» появилось в отечественной науке относительно недавно, во второй половине ХХ века и было связано с новым взглядом на проблемы осмысления сущности русской цивилизации и культуры. До этого в научных дискуссиях использовались термины «национальный характер», «национальный менталитет».
Русский религиозный ренессанс конца XIX – начала ХХ вв. подвёл философскую основу, создал философский базис, фундамент для более глубокого анализа сущности и специфики русской культуры.
В данной работе под русским культурным архетипом мы будем понимать досознательные, глубинные, неизменные, вновь и вновь актуализирующиеся установки, определяющие представления о мире, о месте человека в мире, нравственные идеалы и ценностные установки русского народа. Философскими доминантами русского культурного архетипа являются, на наш взгляд, софийность, соборность, всеединство, космизм и евразийство.
Софийность. В любой культуре, в любом искусстве есть вещи, которые не могут быть сформулированы любым представителем этой культуры, но которые ощущаются каждым. Одним из таких понятий, выражающим суть древнерусской культуры является понятие софийности. Образ Софии «проглядывает» через почитание древними славянами Матери-Земли. Культ Матери – Земли воплощает женское начало Космоса. В современных реконструкциях славянская Мать-земля ставится в близкую связь с образами языческих богинь, отражающих различные аспекты материнского культа (Лада, Лель, Дива, рожаницы и др.), но чаще всего – с богиней Мокошью. (продовження…)