Галина Иванкина: Шик и блеск

«Каскады драгоценностей и немножко шёлку…»
Илья Ильф и Евгений Петров. «12 стульев».

pic_991681a3В московском Кремле сейчас проходит беспрецедентная по своему великолепию выставка — «Элегантность и роскошь ар-деко». Устроители сообщают, что «…впервые в России будет представлена коллекция женской одежды европейских домов высокой моды эпохи ар-деко из собрания Института костюма Киото, а также украшения 1910–1930-х гг. выдающихся ювелирных домов Cartier и Van Cleef & Arpels вместе с оригинальными эскизами и фотографиями из архивов». Сразу хочется предостеречь, а быть может — обрадовать: экспозиция отнюдь не ограничена рамками заявленного стиля. Ар-деко имеет строгие временные рамки. Любой культурологический словарь выдаст, что Art deco происходит от названия парижской выставки 1925 года: Exposition Internationale des Arts Décoratifs et Industriels Modernes — это если быть принципиально дотошными. Иные авторы относят к ар-деко произведения архитектуры, дизайна, ювелирного дела и моды в межвоенную эпоху, но и тут мы имеем дело с точными датами: 1918-1941. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Елена Герасимова: Истоки монотеизма (1) (к критике христианства как культурной традиции)

14542655_1135655746511480_2116761079_n

  1. Поляризация стихии избыточного. (Культивирование избытка и борьба с нехваткой.)

(…) В первую очередь, это вопрос о том, кем или, вернее, чем вообще является жертва. Я полагаю, что отправным пунктом для обретения подлинного ответа должен стать тот особый тип опыта (2), из сердцевины которого произрастают не только собственно первобытные и архаичные верования, но и вся сфера святого вообще, и в среде которого проявляются как исконная суть феномена жертвы, так и первоначальное состояние порождающей ее стихии (3). Разумеется, этот базовый опыт свидетельствует, во-первых, о том, что изначально «объект», предназначенный для принесения в жертву, в отличие от всех прочих, является данностью некой неистощимой избыточности, или же – даром «Богов», и в силу этого получает статус священного, а, во-вторых, о том, что в качестве собственно приносимой жертвы он становится приращенным избытком, или – превосходящим дар «объектом» отдаривания, и поэтому вызывает приумножение и самой стихии избыточного. А вместе с тем, он указывает на то, что в тех временных и пространственных рамках, а также в той мере, в какой вообще сакральная сфера развивается исходя из стремления к приращению этого сущностно неисчерпаемого избытка, в стихии избыточного сохраняется ее первозданная однородность, а идее святого присуща исходная однозначность. И поэтому вся область жертвенного поддается сакрализации целиком, а феномен палача как таковой либо еще отсутствует, либо же не имеет к ней отношения.

Между тем, на много порядков позже и только в особых условиях происходит укоренение также и опыта обратного типа (4), по мере воспроизводства которого стихия избыточного претерпевает фундаментальное претворение и перераспределение, что, в свою очередь, становится основной предпосылкой для формирования уже монотеистических религий. Вполне очевидно, что этот процесс совершается преимущественно в направлении нагнетания и слияния неких сгустков «непроходимого мрака», которые как бы вбирают и источают все то, что впоследствии будет названо «Злом», и наряду с этим – обнажения и усиления неких источников «вездесущего света», которые как бы распространяют, а также притягивают все то, что впоследствии будут именовать «Добром». Таким образом, в конечном счете, стихия избыточного оказывается сконцентрированной вокруг двух глобальных, неравных, асимметричных и противопоставляемых полюсов, один из которых погружен в недра замкнутого изнутри мира чувственного, а другой – обнаружен как сердцевина всецело открытого мира сверхчувственного. А потому – почти во всех случаях критическое накопление результатов этого опыта влечет за собой то, что и полюс «мрака», и полюс «света» конституируются в предельно абстрактной форме, и вследствие этого – столь же неотвратимо приумножаются ею, сколь неуклонно воспроизводят ее саму, и только в одном из них, наоборот, оно побуждает к развитию всевозможных духовных практик, которые обусловливают превосходящее приумножение полюса «света», а оно в свою очередь – поступательное растворение полюса «тьмы». (5) Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Елена Герасимова: Прагнення до волi, чи потяг до згуби? (Отзыв на роман О.Забужко “Польовi дослiдження з украЇнського сексу»)

fullsizeВсе они среднего хамского рода.
Матильда.

Так i буду писати двома мовами — рiдною та українською, бо якщо в героЇнi згвалтоване тiло, то в мене — мова…

Вообще-то удивительно: начало собственной творчекой жизни — работа о Кассандре Леси Украинки, где в украинском переводе искажен и сломан категориальный ряд «судьба/рок/доля», — совпавшее с началом этой, оказывается всем знакомой и понятной, архетипической траектории, и вот, в конце — возвращение к текстовому миру — письмо на двух языках о «Польових дослiдженнях з украЇнського сексу» Оксани Забужко. Ну то хай буде так, як є. Якщо вона сказала i спасла свою душу, то може й я, коль скоро начала писать, тоже спаслась.
А под спудом, был в промежутке Набоков, нигде не опубликованная статья о романе «Защита Лужина». Этот роман, как и остальные три, был написан Набоковым там, где он испытывал неотвязное чувство «физической зависимости», которое порождалось не изнутри тела, не в связи с иным языком, а, наверное, глубоко чуждой духовной атмосферой.
Как известно, герой последнего романа Набокова этого периода его творчества («Приглашение на казнь») — Цинциннат никак не мог выговориться, слова покинули еще живое и одухотворенное тело. Возможно в момент казни он обретает новую среду общения, новые смыслы и новый язык. Возможно и то, что текст, пишущийся сейчас на компьютере (переход на украинский — клавиша F 11) — это метафизичекий шаг Цинцинната в момент казни к каким-то новым «Мы».

Сразу же после «Польових дослiджень» прочла статью О.З. в «Сучасностi» (N 9 1994 р.). Там теж йдеться про мову, але мову культури. Текст з дотошним дослiдженням хвороб української культури, та порiвннням її засобу буття з «американським» у певному мiсцi обрывается, чтобы уступить дорогу знакомым симптоматичным реминисценциям. Всякий раз, как только беспристрастный ученый-украинист задается вопросом об истоках и основаниях того диагноза, который ставится украинской культуре, он отвечает на него внешне, а точнее — не отвечает. Вместо того, чтобы продолжать спрашивать самое украинскую культуру, он утрачивает исследовательскую установку и превращается из украиниста в националиста. Ответ известен — во всем виноваты русские. Но почему же тогда другие страны СНГ, задаваясь вопросом собственного культуротворчества, не выдвигают России таких претензий?

Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Игорь Галущак: Как казак приобщил к кофе всю Европу

kulczyckiНесколько лет назад в Львове уроженцу села Кульчицы, что на Львовщине, Юрию Кульчицкому установили памятник, который сегодня вызывает особый интерес многочисленных зарубежных туристов. Ведь именно он более трех веков тому назад основал в Вене кофейную традицию, которая достаточно быстро получила повсеместное распространение, сначала в немецкоязычных странах, а затем и на всем континенте.

Между тем Юрий-Франц Кульчицкий (1640 — 1694) навсегда вошел в европейскую историю, как храбрый воин и один из спасителей Вены во время турецкого нашествия во второй половине XVII века. Благодаря проведенному им блестящему разведывательно-диверсионному рейду в тылу противника и была получена бесценная информация о реальных силах врага и планах его наступления. Поэтому объединенное войско Европы получило возможность разгромить огромную турецкую армию с наименьшими потерями под австрийской столицей в знаменитой битве европейских народов 12 сентября 1683 года под руководством польского короля Яна III Собеского. Кстати именно он и убедил других европейских монархов, если они не привлекут к военной кампании подразделения запорожских и донских казаков, то Европу в противостоянии с Оттоманской Портой ожидает неминуемое поражение.

Пам'ятник_Кульчицькому_(Львів)Поэтому Юрий Кульчицкий в одном ряду с казацкими полковниками Палием, Апостолом, Булыгой, Вороном и Искрой и принял предложение присоединиться к этому сражению. Однако среди других он выделялся тем, что знал врага, как никто другой. И имел на то все основания, поскольку перевоплотиться для разведывательной необходимости, например, в турецкого офицера или купца, мог без труда! А за заслуги Кульчицкий, который решил после битвы выйти на покой, по его собственной просьбе получил от благодарных австрийцев не слишком понятное для них тогда вознаграждение: все захваченные у врага запасы кофе в зернах (около 300 мешков).

Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Назип Хамитов: Гугл-мышление: опасность для вида «Хомо сапиенс»?

tumblr_nn46u4YieB1r6s5mco1_12801
В последнее время мы сталкиваемся с показательным явлением, которое чаще и глубже всего проявляется в образовательной и научной деятельности.
Это гугл-мышление. Сущность его состоит в поиске информаци в памяти по ключевым словам. Когда такой поиск осуществляется в Интернете и делает его соответствующее программное обеспечение, в этом нет ничего плохого. Но когда поисковой системой выступает человек, возникает проблема. И даже угроза.
Суть этой проблемы и этой угрозы – в утрате творческого мышления. Человек с планшетом-на-все-случаи-жизни становится придатком Интернета, хотя полагает, что именно Интернет есть его придатком.
Интернет превращается в бога-Отца, человек – в его преданного Сына, Гугл же – в святого Духа, соединяющего их.
Возникает новая религия Информации. Ее адепты ни при каких обстоятельствах не назовут ее религией, а себя – верующими. Они будут отрицать само присутствие веры в своей жизни, говоря о знании и по-знании. Однако в их жизни есть вера и доверие к Информации, скрывающейся и множащейся в Интернете. Лишенные творчества, эти вера и доверие становятся суеверием, которое превращает познание в информирование, а знание – в информацию.

2
В чем принципиальное отличие знания и информации?
Информация – это отпечаток бытия в мышлении. Знание есть экзистенциально пережитая информация, пропущенная через духовные и душевные глубины личности. Знание – это живое присутствие бытия в мышлении. Становясь знанием, информация неизбежно пробуждает в личности творческий импульс, который меняет бытие.
Без такого импульса познание является лишь информированием – наивными наскальными рисунками бытия на поверхности мышления.
* * *
Информирование – это передача информации, так и не распакованной до уровня знания. Это порождает удивительное равнодушие, а порой жестокость человека, пропитанного поглощением и передачей информации.
Когда я информирую кого-то о чем-то, я в большинстве случаев душевно отстранен и от кого-то, и от чего-то.
Когда же я познаю кого-то или что-то, я во-первых, совершаю духовное усилие, а, во-вторых, принимаю на себя ответственность за познанное, ибо сродняюсь с ним. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Александр Артамонов: Фашизм как политический коррелят поэзии

Stf8uRBMc2oСтатью посвящаю Елизавете Левенцовой, 
Госпоже моего сердца

Предложенный читателю текст является в первую очередь заметками на полях «Песочного человека» гениального писателя-визионера Э. Т. А. Гофмана. Если бы когда-нибудь сборник его трудов опубликовали в обществе с правым уклоном доминирующей идеологии, данные размышления следовало бы добавить к указанной новелле в качестве возможного послесловия, помогающего читателю понять некоторые политические аспекты прочитанного произведения. Еще в большей степени подобного рода тексты помогают нам иначе смотреть не столь на тексты, сколь на привычную повседневность, ведь «Песочный человек», как и любое другое произведение подлинно великого мастера, сохраняет свою актуальность в любом контексте. Так, оно актуально и сегодня, в особенности — в силу ряда удивительным образом сложившихся политических и культурных обстоятельств, позволивших по-новому переосмыслить три политических теории Модерна в форме так называемой Четвёртой Политической Теории, преодолевающей, в частности, те недостатки фашизма, за которые это политическое движение некогда критиковал «справа» Юлиус Эвола. Итак, лишь только заговорив о наиболее перспективном и современном (фактически постоянно находящемся в процессе развития) политическом учении, и присвоив ему при этом четвертый номер, мы ненароком упомянули и предшествующие ему три политических теории — либерализм, коммунизм и фашизм. Через призму этой триады мы и рассмотрим указанную новеллу Гофмана.

Выделим основные детали сюжета: главный герой, юноша Натанаэль, до смерти боится некоего Коппелиуса, «песочного человека»: ранее отец Натанаэля погиб в результате несчастного случая во время алхимического эксперимента, проводимого совместно с Коппелиусом, и с тех пор юноша испытывает к последнему мистический ужас. Ни невеста Клара, ни лучший друг (брат невесты) не понимают мрачных чувств Натанаэля, и потому он оказывается в своих переживаниях одиноким. Оставив дома свою невесту, Натанаэль уезжает учиться в другой город и там влюбляется в Олимпию, девушку-куклу, которая кажется ему живой, поскольку смотрит он на неё через подзорную трубу, проданную ему всё тем же Коппелиусом, притворившимся учёным Копполой. Наконец, распознав в, казалось бы, идеальной возлюбленной куклу-автомат (сконструированный снова-таки зловещим Коппелиусом), юноша возвращается домой, к своей настоящей, живой Кларе. Вместе с Кларой Натанаэль поднимается на ратушу, и они рассматривают городскую площадь. Внезапно он смотрит вниз через подзорную трубу Копполы-Коппелиуса, и его охватывают некие чувства, которые автор не затруднился описать. Сначала главный герой пытается сбросить с ратуши Клару, а когда ему это не удаётся, он бросается вниз сам, разбиваясь насмерть.

Суть произведения, в первую очередь, заключается в том, что жизнь ставит Натанаэля в ситуацию выбора без выбора. Коппелиус-Коппола предлагает молодому поэту утопию, модель идеальную, и именно потому не живую — такая же утопическая модель (вера в результативность Малого Делания) погубила его отца. В данном случае, Гофман критикует Просвещение (по сути, Романтизм и является антитезисом Просвещения, и ещё более яркую критику этого интеллектуального течения рационалистов-утопистов можно увидеть в «Крошке Цахесе» того же Гофмана — князь, изгоняющий из своего государства всех фей, и отдающий мир в ведение подхалимов-чиновников предстаёт типичным просветителем а-ля Иммануил Кант и ему подобные). Однако же, Песочный Человек-Коппелиус является шаржем на просветителя лишь в контексте эпохи Гофмана; в целом же, он представляет собой олицетворение любого пропагандиста утопических учений. По сути своей, Просвещение заложило почву, на которой возникла Вторая Политическая Теория, условно названная нами «Коммунизмом». Так, в широком смысле, Песочный Человек, создающий социальную утопию и обманывающий людей под ликом ученого-оптика (подзорная труба — прекрасная метафора навязанного Натанаэлю утопического мировоззрения) предстаёт в качестве яркого примера коммуниста-теоретика.

Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Алексей Жеребин: Роман Гельдерлина «Гиперион» и утопия «Третьего царства»

File0053Романтическая утопия осознавала свое значение под именем “Царство Божие”. Его воплощение – главная задача романтизма, и, как утверждает в 1798 году Фридрих Шлегель, то, что в современной культуре на решение этой задачи не направлено, лишено интереса. Это – “вещи второстепенные” [1, s. 95]. “Царство Божие” было и на устах молодых Гельдерлина и Гегеля, когда они прощались друг с другом после пяти лет, проведенных в Тюбингенском институте. “Дорогой брат, – пишет Гельдерлин 10 июля 1794 года, – уверен, что ты иногда все же вспоминал обо мне с той поры, как мы расстались – расстались с нашим паролем на устах. Царство Божие – по этому паролю мы кажется всегда узнаем друга друга” [2, Bd. IV, s. 148].

Юношеская дружба, связавшая Гельдерлина, Гегеля и Шеллинга, питалась, как известно, верой в идеалы Французской революции, и “Царство Божие” мыслилось ими как ее следствие и духовная сублимация. Революция социально-политическая должна была стать, по их мнению, религиозной и эстетической “революцией духа” [3] – иначе она теряла смысл и оправдание, превращалась, если не в разбой, то в пошлость. Общая мечта йенских романтиков и авторов “Старейшей программы немецкого идеализма” (1796) – новая вселенская церковь, не институт власти, а живой организм, духовное братство всех верующих.

Если для романтиков прообразом и предсказанием будущей Европы являлось Средневековье, то для Гельдерлина таким воспоминанием о будущем была античная Греция. Так же, как Средневековье йенцев не было лишь царством духа, так и античность Гельдерлина не была лишь царством плоти. В том и другом случае перед нами мечта о “Третьем царстве”, вера в способность всего земного стать хлебом и вином вечной жизни (элегия “Хлеб и вино”, 1800–1801).

Novalis_zpsa871fdadСтатью Новалиса “Христианство или Европа” (1799) называли консервативной утопией. Между тем, Новалис проповедует не возврат к католицизму, а религию богочеловечества, которой предстоит родиться в новой, познавшей и преодолевшей свой индивидуализм душе современной секуляризованной личности. В статье “О Новалисе” (1913) Вячеслав Иванов сравнил его с Наполеоном: Наполеон поставил себе целью осуществить неслыханный синтез – синтез всемирной революции и всемирной монархии. Новалис замыслил то же самое в сфере духа – впрячь новый индивидуализм в колесницу христианской соборности, которая заново объединит всю Европу [4, Vol. IV, p. 259–260 ].

Именно такова и функция античности у Гельдерлина. Античная Греция, оживающая в его стихах и прозе, – не отдаленный объект знания, а главное действующее лицо в современной драме идей. Память о ней призвана оправдать историю европейской культуры, завершить проект духов- ной эмансипации, образующий содержание эпохи Модерна.

Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Художник Анастасия Фомина. Персональная выставка «Белая Индия». Беларусь, 2016

Детский восторг от знакомства с прекрасным!Состоялась выставка «Белая Индия» художницы Анастасии Фоминой (Беларусь, Гомель, 2016 г.).

СВЕРХСУТЬЯ
[ РРРР! ]
Восстание зверей.
Мятеж птиц.
Революция рыб.
Бунт лесов.
Я есть радость,
что Другая жизнь
существует!

(0000)
Azsakra Zarathustra

 

 

Выставка - Белая Индия. Беларусь, Гомель. Январь 2016. Художник Анастасия Фомина (14)
Выставка - Белая Индия. Беларусь, Гомель. Январь 2016. Художник Анастасия Фомина (4)
Выставка - Белая Индия. Беларусь, Гомель. Январь 2016. Художник Анастасия Фомина (13) Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Лев Гореликов: Систематические основания современного глобального мировоззрения в научно-философской концепции «онтологического символизма»

anqnYC-4Xzo«В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог»
(Иоанн: I–1)

Рубеж ХХ–XXI веков стал переломным этапом в развитии современного общества, обозначившим возникновением постиндустриального производства формирование глобального социума, сложившегося на основе генерализации информационного базиса мировой экономики и выступившего в историческом пространстве как взаимодействие цивилизационных укладов народной жизни Запада и Востока, Юга и Севера. Символическим актом появления глобального социума на мировой арене стал взрыв Башен-Близнецов в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года, засвидетельствовавший вызов исламского фундаментализма народов южной цивилизации прагматическим ценностям наиболее мощного в сегодняшней действительности западного сообщества.
Нарождающийся глобальный социум, как и всякое растущий общественный организм, руководствуется в ходе начального духовного самоопределения народных масс в основном силой эмоций, чувственных переживаний, толкающих людей на путь насилия и конфронтации, когда в содержании социальной реальности утверждается закон всеобщей войны, оттесняя недавний закон мирного сосуществования на периферию исторического процесса. В настоящее время гигантские пространства Центральной и Передней Азии, Ближнего Востока и Северной Африки охвачены пожаром межнациональных и межрелигиозных войн, напоминающих современникам своим радикальным экстремизмом средневековую эпоху исламской экспансии и крестовых походов. Чтобы военный пожар наступившей информационной эпохи не разросся до вселенских масштабов и не стал началом ядерной трагедии всего человечества, требуется пробудить в отношениях между гражданами и сословиями, народами и религиями, странами и цивилизациями не просто дух холодно-равнодушной «толерантности», безразличной терпимости к особенностям поведения окружающих, а жажду заинтересованного сотрудничества с ними в общем деле поступательного развития человеческого сообщества на базе общепонятных и признанных ценностей, обеспечивающих согласие мировых религий в претворении гуманистического будущего глобального социума. Сегодня мир нуждается в глобальном мировоззрении, способном сблизить, согласовать и примирить нравственные приоритеты, идейные установки народов Юга и Севера, Запада и Востока в общем деле духовного развития человеческой личности как земного воплощения совершенного существа Бога. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Ганс-Георг Гадамер: Прометей и трагедия культуры (1946)

IMG_5353Мифы — первомысли человечества. Как ни порываемся мы истолковать их, уловить их изначальный смысл и их глубокоумие, в своих попытках понять их мы все равно остаемся позади непроницаемой действительности мифов и их влекущей тайны. Получается так, словно мы слышим при этом только самих себя, воспринимаем только символы или переоблачения нашего уже истолкованного мира и словно истинный смысл созданий тех древних времен продолжает свое далеко простершееся существование поверх наших голов, немотствующий и неистолкованный. Современное историческое исследование мифов благоразумно отказалось ставить вопрос о смысле мифов и лишь прослеживает историю их возникновения и распространения. Но даже и так мы не можем отделаться от ощущения своего беспомощного бессилия перед чем-то слишком великим. И все равно в конце концов не можем не поддаться исходящему от этих важных прадревних голосов искушению прислушиваться к ним, а это значит — учиться понимать их. Одним из таких мифов, чья безмолвная речь неотступно преследует нас, является античный миф о Прометее. Его происхождение для нас неразличимо слилось с историей его передачи, перетолкования и обновления, продолжающейся со дней Гесиода вплоть до нашего века. Но именно поэтому он для нас не столько волнующая загадка архаики, сколько почтенный, благодаря своей древности и пережитым перипетиям, и весомый голос в хоре человеческого самоосмысления. Ибо в этом мифе с ранних времен западное человечество несомненно истолковывало само себя в своем культурном самоосознании. Он как бы миф европейской судьбы. Рассказать историю его истолкования — значит поэтому рассказать саму историю европейского человечества. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS
  • «… Зажги свой огонь.
    Ищи тех, кому нравится, как он горит»
    (Джалалладин Руми)

    «… Есть только один огонь — мой»
    (Федерико Гарсиа Лорка)

    «… Традиция — это передача Огня,
    а не поклонение пеплу»
    (Густав Малер)

    «… Традиционализм не означает привязанность к прошлому.
    Это означает — жить и поступать,
    исходя из принципов, которые имеют вечную ценность»
    (Артур Мёллер ван ден Брук)

    «… Современность – великое время финала игр олимпийских богов,
    когда Зевс передаёт факел тому,
    кого нельзя увидеть и назвать,
    и кто все эти неисчислимые века обитал в нашем сердце!»
    (Глеб Бутузов)