Максим Борозенец: Этимология слова «бог»

Сегодня православное Рождество, и поэтому хочу коснуться этимологии слова «бог».

Лексема «бог» является бореальным композитом со следующей морфологией:
*ɣb-xə’k «вокруг + гнать, управлять» > пра-индо-европ. *bˠak’- (*bʰag-)

Изначальным значением слова, таким образом, является «часть пространства, насильно окруженная, отделенная всеми сторонами от общей среды и, тем самым, качественно выделяющаяся из нее», в более узком значении «загон (для стада), сад (для культур)». Эти исконные значения сохраняются в: др-арм. bak «внутренний двор; загон для овец; гало солнца или луны!!!», ср-пер. bāɣ «сад», сир. bāḡā «сад», сгд. βʾγ «сад».

Дальнейшим развитием понятия становится «удел», то есть «часть земли», затем вообще «часть чего-либо»: тох.А pāk «часть, порция, кусок», др-пер. bājim «налог, процент», скт. bhāgá «часть, удел; вагина , влагалище (как раз из области «запретного выделяющегося из прочего места», загон для фаллоса и сад для плода!)!!!», далее ответвление в «часть еды > кусок»: скт. bhakṣá «закуска, напиток, яство», грч. éphagon «я проглотил (кусок)» ~ Бахус, Вакх  (античный греческий /bákʰ.kʰos/ → койне /βak.xos/ → новогреческий /vak.xos/), Bacchus как виноградный сад < фрак. bachos «одержим», «богатый», «быстрый» [Васильева М. Гора, бог и имя : о некоторых фрако-фригийских параллелях // Вестник древней истории. – М., 1990.– № 3. – С.98]. «… Познание Вакха есть радость. В трагедии именно это – основная тема хоров. Радость танца и пения, радость звучания флейты и веселья виноградных гроздьев, веселье Афродиты и радость Муз – такова жизнь, которая открывается для тех, кто, отказавшись от мудрости разумных, отдается Дионису в простоте сердца. Эта религия, обретающая радость в общении с природой, которая, согласно античному пониманию, не есть создание бога, но сама в целом божественна, эта религия для нас имеет определенное название: это язычество» [Боннар А. Греческая цивилизация: От Эврипида до Александрии / Перев. с фр. 2-е изд. – М.: Искусство, 1992. – С.63].

И, наконец, «удел» как «доля», «часть» как «участь», то есть «частная уделенная судьба от всеобщего потенциального» — весь спектр значений от конкретного до абстрактного, представлен прежде всего в индоарийских языках. И далее, по убывающей, в славянских и германских (ср. агл. lot «часть; участь»).

Наиболее древним значением славянского слова «бог» было «участь как часть общей Судьбы», очень близко к индоарийским понятиям кармы и дхармы, причем в самом приземленном смысле – на уровне житейского благополучия, о чем свидетельствуют привативные прилагательные «убогъ» и «небогъ» букв. «бедный как наделенный злой участью», и более позднее «богатъ» букв. «наделенный доброй участью» (а чем определяется житейское благополучие как не деньгами?). Судьба подсознательно понималась как тот самый изначальный загон для скота страхов и страстей, или же сад для роста благодетелей и отдачи плодов своей жизни (ср. славянский «ирий» и наложенный позже на этот образ «Эдемский сад»). Далее, чисто логически «конкретная часть от абстрактного целого» становится уже «личностью из безличного», и мы имеем рождество Бога как участи этого мира, определенной судьбы как единственного выбора из всех возможных.

Следуя этой логике, мы без труда можем истрактовать бореальный композит *ɦb-xə’k не как объект действия, но как его Актора, как «того, кто кругОм правит и крУгом гонит». И, быть может, такое значение и было исконным, и спустя многие тысячелетия и многие напластования мифа оно проросло вновь христианским логосом?

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Максим Борозенец: Коснемся огня

Коснемся огня… Уже мнениями, а не пальцами, но тем самым символически повторим тот миг, когда однажды наш далекий пращур осмелился коснуться лепестков этого красного цветка. Овладение огнем раз и навсегда утвердило человека царем дикого мира.

Не мудрено, что огонь является эпифанией в многих традициях, и в бореальной в частности. Огонь расположен в центре жилища, в сердце рода, в средоточии культа.

Академическая индоевропеистика обычно указывает на два этимона, обозначающих огонь: *h₁n̥gʷnis и *péh₂wr̥. Первое является одушевленным, а в дочерних языках, включая русский – мужского рода, и представляется эпитетом, данным огню как эпифании божества, как активному сакральному началу. Второй этимон – неодушевленного рода, эпитет пассивной субстанции, огня как предмета повседневного быта.

Рассмотрим лексемы подробнее.

Начнем с более понятного:

— *páhwr̥ (*péh₂wr̥) < ОИЕ *pah- «защищать» (тот же корень в *phtér «отец, букв. защитник») < БОР *h’pə «приходить в положение над чем-то, овладевать» + *x «напротив» = «возвышаться над тем что напротив, быть выше прямого объекта > контролировать, наблюдать, заботиться, защищать»; -w- суффикс качества, -r̥- суффикс актора (как одушевленного, так и неодушевленного, в данном случае на неодушевленность также указывает падежная парадигма *páhwr̥ ~ phwéns). Таким образом, композит *páhwr̥ значит «сила с качествами защиты» и, скорее всего, обозначал прежде всего оградительные костры, которыми племя оберегало себя от ужасов дикой ночи. В более широком смысле – любой бытовой костер: очаг для отопления и приготовления еды, погребальный костер, кузнечный горн и т.п.

Этимология *(h)n̥gʷnis (*h₁n̥gʷnis) затруднительнее. Лексема появляется уже на общеиндоевропейской сцене как центральное понятие культа, в качестве эпитета огня как символа вечной жизни. Частица этой вечности вложена в каждое одушевленное создание. Этимон долгое время реконструировался как *n̥-gʷnis (откуда притянутая трактовка «не-гниющий»), однако обрело свой нынешний облик в соответствии с производным, как считается, от того же корня *hóngʷl̥ «уголь». Лексема *(h)n̥gʷnis, по моему мнению, раскладывается на следующие морфемы: *hen-/(h)n̥- «в, внутри» + *gʷen-/gʷn- «живое» (откуда *gʷḗn ~ *gʷén-х- ~ *gʷn-áx- «жена, женщина, букв. Жива, даватель жизни»). Таким образом, если женщина дает жизнь как инертное звено генетической цепи, то только вечный огонь эту жизнь одушевляет. Агни, огнь, ignis – недаром это слово повсеместно мужского рода. Это фундаментальное понятие патриархальной структуры индоевропейских культов и языков. «Внутрь в Живу» — это также внятная фаллическая метафора. Аблаутный дериват «уголь» в данном контексте представляется символом одушевленного создания – мертвая на вид субстанция, камень, в котором на самом деле таится мощный заряд воспламенения.

Однако, индоевропеисты зачастую упускают третью, и как мне кажется, изначальную лексему со значением «огонь» — ПИЕ *xejter > *xēter > ОИЕ *hāter «тот что горит», от фундаментального бореального корня *xəj- «гореть, быть горячим, живым, одушевленным»:
• хет. aāri «быть горячим», inuzi «делать горячим», пал. hāri, hānta «быть горячим»
• ПИар. *ātar-: авс. ātar, ātərə, āθr-, ātr- «огонь», ост. art «огонь, костер»
• ПИлр. *ōtar: алб. vatër, vatra, votër «костер, огнище» > рум. блг. пол. чеш. укр. vatra, ? рус. ватрушка
• ирл. áith «печь, горн»
• арм. ayr «огонь», ayrem «жечь», atrčanak «пистолет, огнестрельное оружие»
• ПИтл. ātro-: убр. atru, лат. āter «черный, темный» (< «горелый»), ātrium «атриум, основная комната римского дома с очагом»

От этого корня пошли такие фундаментальные лексемы как *haju ~ *(h)jéwos «вечно горящее, вечно живое» > «вечность, континуум жизни, абсолютная витальность»; *hájos ~ *hájesos «раскаленный (оживленный) металл > обработанный хозяйственный металл > медь, бронза > железо»; *hajg- «огонь причинять > возжигать, зажигать > анимировать, провоцировать, стимулировать, побуждать, настраивать» > *(h)jāg-j- «возжигать > совершать огненное жертвоприношение > жертвовать, поклоняться»; *hajgs «дуб» (< «возжигающийся, огненный»; греч. hagios «святой») и многое другое…

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Что такое «майдан»

Слово «майдан» пришло в тюркские языки (где нет исконных тюркских слов с начальным m, они либо заимствованы, либо происходят от первичного b) через посредничество арабского языка из персидского языка как meydan, где более древние формы: пехлев. maedan, авест. megdan, magdan, др.-перс. maz-, обозначающее любую открытую площадку (площадь, парк, ристалище, место поединка). Изначально – «возвышенность».

Из персидского оно попадает в иврит как магедон «башня, возвышенность» (библейные варианты: Магадон, Магедон, Магедан, Магедал, Магдалан, Магдала, отсюда – «место сбора царей вселенной с их воинством на решающую битву в великий день Вседержителя», Армагеддон, «гора Мегиддо», в переносном значении – «поле битвы», «сама битва»), а также параллельно – к некоторым тюркским народам непосредственно из персидского (эвенкийское мэгдын – «пойма», «берег», «луг», «терраса»; эвенское мэгдын – «высокий берег», «выступ», «мыс»).

В. Цымбурский* считает, что аналогом персидского magdan являются фракийское и армянское makedon «высокая земля», makednos «высокий» и латинское латин. magis (откуда – франц. mais) «высокий» (откуда – magnatus «большой человек; выдающийся, знатный, лидер, магнат»). И как утверждает М. Борозенец, все они исходят из пра-индоевроп.  *meg-/mog- “могу; великий, мощный».

Др.-иран. (перс.) maz- «великий» потерян в осетинском, но присутствует в имени осетинского героя нартского эпоса Ацамаза и скифском имени собственном из Горгиппии Атамадзас, Аттамадзас**.

* Гиндин Л.А., Цымбурский В.Л. Гомер и история Восточного Средиземноморья. М., 1996, С. 261; Цымбурский В. Армагеддон. Горы Македонские, 2001. — http://old.russ.ru/politics/20011227-tzim.html#22b

** Абаев В.И. Историко-этимологический словарь осетинского языка. — М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1958. — Т.1. — С.26.


ДА, МЫ РОДОМ С МАЙДАНА!

Да, мы родом с Майдана! Это древнее, скифское слово*
Означает и общность судьбы, и нашей свободы.
Это круг, что начертан богами! Поймите, народы,
С нами совесть и Правда!.. Рассвету зажечься багрово,

Изгоняя прочь тьму в евразийские степи… На страже!
Не прорваться врагам ни к Днепру, ни к курганам святым.
Сотни тысяч их душ распрощаються с плотью за Крым!
Миллионы их тел в дым и пепел – в ядерном раже!..

Да пусть мнят о себе, что они – «спасители мира»,
Что простят небеса им деяния, подлости, зло…
Третий Рим сокрушат непременно! И будет влеком
всякий в ад, кто стал на нашем пути, словно Ирод!

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Дар слова. Еженедельный лексикон Михаила Эпштейна. № (435)

Дорогие друзья, с Новым годом!
Будем любить жизнь — и удостоимся ее взаимности. Будем не только жизнелюбивыми, но и жизнеЛЮБИМыми.
Пусть у нас будет больше совпарений — совместных полетов, как на полотнах Марка Шагала.
И не пропускайте мимо себя счастицы, летучие частицы счастья! Счастье — это масса покоя, а счастицы — энергия движения!

Наталия Андреассен. Интервью с М. Эпштейном. Комсомольская правда, 26 дек. 2017. 

…Это все придумалось в 2007-м: называть главные слова уходящего года. Ну, во-первых, с их помощью ярче становятся черты того, о чем мы с вами переживали, что любили или ненавидели. Потомкам на память, опять-таки, останется. А во-вторых, это отличный повод массово развивать собственный язык. Эпштейн считает, что мы мало пользуемся возможностями русского: тот нам столько «запчастей» дает для придумывания новых слов, а мы то и дело иностранными пользуемся…

ЗАЧЕМ НАМ СТОЛЬКО «ХАЙПА»?

— Михаил Наумович, до чего ж дошло: мы на сайте «Комсомолки» (kp.ru) недавно сделали подборку из новых молодежных слов. Этакий словарик, чтоб люди постарше их понимали. Вот, например, «хайп» — это, оказывается, шумиха. «Хейтер» — недруг. А зачем нам столько иностранных слов?

— Я этим вопросом занимаюсь уже лет 20… А как объяснить, почему чиновники воровали и воруют? Вот и с языком это тоже форма воровства. Предпочитают довольствоваться чужим, чем производить свое.

— А может, это просто взаимопроникновение культур? Молодежь ведь сидит в интернете…

— Приведу такой пример. Во Французской Академии есть подразделение, которое занимается тем, что защищает французский язык от нашествия иностранного, в первую очередь английского. Например: вместо слова «кастинг» ввели родное “passer une audition”. Это в переводе «пройти прослушивание». Защищают свой язык, понимаете?

— Но как бы мы с вами тут ни возмущались, а слово «хайп»-таки вошло в список «слов-2017» Ужас, да? Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Петро Дрогомирецький: Богдан Михайлович Задорожний (1914 – 2009): спогади про вчителя

Богдан Задорожний. 1945 р.

Відчайдушні змагання двох начал – лінгвіста і музиканта – все життя не вщухали, не погамовувалися за своє «узаконене» місце у розумі і душі відомого вченого – германіста, професора, незмінного протягом 36 років завідувача кафедри німецької філології Львівського університету Богдана Михайловича Задорожного.
Зухвалу перемогу святкувала філологія, бо не погодилась на «низький» статус (за М. Рильським) лиш спогадом своїм перебігти дорогу вченому. Волів зблизька обсервовувати, студіювати, досліджуючи інтерпретувати складні лінгістичні теоретичні смисли та прикладні проблеми.
Перехресні наукові шляхи лінгвістичних шукань та дороги музики, дивовижно перетинаючись, виявляли свою двоєдину сутність у творчості професора: у написанні монографій, статей і виступів (як згадують про блискучий емоційно-романтичний виступ у Москві 16 квітня 1957 року на одній з наукових конференцій, де йшлося про долю структурного мовознавства). Та й сам Богдан Михайлович стверджував: «Музиці було суджено назавжди увійти в моє життя. Музичні здобутки я якоюсь мірою вносив у сферу своєї наукової роботи. Можливо, інтуїція музиканта спонукала мене до написання ряду праць. Пишучи ту чи іншу статтю, я не раз намагався надати їй завершеності музичного твору».
Концептуальні ж наукові праці вченого завдяки його масштабному мисленню і творчій інтуїції осягають усю мовну картину світу, моделюють її або намагаються осмислити, вникаючи у сферу її основоположних сегментів, важливих механізмів і деталей.
Органічним був і мистецький профіль вченого, визнаючи, що музика – то родинне, яскраво започатковане ще подільським (на Тернопіллі) дідом Іваном, пасічником, сільським дяком, який умів грати прекрасно на всіх доступних йому музичних інструментах.
Найбільш сконцентровано музичний талант виявився у Богдана, Іванового внука, який прийшов на світ 27 червня 1914 року, найстаршого сина гімназійного вчителя з Городенки Михайла Задорожного. Відмінним скрипалем був його батько Михайло (як і два його брати). Як згадує у своїх мемуарах Богдан Задорожний: «Донині пам’ятаю, з якою насолодою я слухав, як татко грає “Traumerei” Р. Шумана та інші речі. Скрипка в його руках співала».
Так само чарівно співала скрипка у руках нашого завідувача кафедри Богдана Михайловича для нас, його студентів-германістів, слухачів факультетського музичного лекторію, який організував та опікувався ним професор Задорожний.
Подальша доля юнака Задорожного визначалася як щось самозрозуміле – мистецька кар’єра. Після закінчення Коломийської гімназії (1932 р.) і відмови Люблінського учительського інституту, за згодою батьків вступив до Празької консерваторії на клас скрипки професора О. Бастаржа.
Як лише міг, він всотував знання, крім спеціальності, з інших дисциплін – слухав лекції празького музикознавця, професора Зденека Неєдли (згодом той став президентом Чехословацької академії наук). Певна педантичність та легкість засвоєння знань дали змогу так твердо запам’ятати виклади музикознавця про дев’яту симфонію Л. Бетховена, що Богдан Михайлович відтак поклав її в основу своїх виступів на цю тему, знайомлячи нас в університетському музичному лекторії, слухачем і старостою якого був і я. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

«Українська мова – одна з найрозвиненіших мов світу, тому бережімо її чистоту», — доктор філологічних наук, професор Микола Лесюк

549739_263059857139478_1501479858_nЯк привити собі чи дітям багатство і чистоту мовлення, як формується мовне чуття – про ці та багато інших актуальних питань філології і українства загалом ми поспілкувалися з професором Прикарпатського національного університету імені Василя Стефаника, завідувачем кафедри слов’янських мов, Заслуженим працівником освіти України Миколою Петровичем Лесюком.

1. Українська мова і діалекти: наскільки важливою є діалектологічна складова сучасної літературної мови.

На це питання можна б відповісти двома словами: надзвичайно важлива, але я хочу сказати дещо більше. Я не раз говорив про це студентам, писав у своїх публікаціях, що в радянські часи місцеві діалекти, говірки не те, що не шанували, а навпаки, зневажали, ігнорували, висміювали тощо. Наука діалектологія як галузь мовознавства нібито існувала, але існувала тільки у вузьких наукових кабінетах, а на практиці було зовсім інакше. Пригадую, коли вчився в школі, у нас не було жодного місцевого вчителя, усі були приїжджі зі східних областей України, дехто й з Росії. Отож, коли вчитель почув якесь екзотичне в його розумінні, тобто місцеве слово, то відразу реагував на нього. Хтось єхидно усміхався, хтось навіть викрикував, сварився. Правда, були між ними й культурні, толерантні люди, які терпеливо й лагідно пояснювали, що в літературній мові такого слова немає, що треба казати інакше. Дитина після такого висміювання замикалася в собі, на наступний раз боялася говорити, щоб знову не сказати щось не те чи не так. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Кирилл Серебренитский: Русские как имитанты: К пониманию культурно-игрового кода

В среде, сохраняющей сознание агро («простой народ» — как эндоним), ещё принято ритуально осуждать матерщину; не воздерживаясь от неё, — в определённых ситуациях благостно манифестовать безнадёжное (куда ж деваться) осуждение. По крайней мере, это свойственно женщинам из этой среды. Это придаёт матерщине, помимо прочего, особый сензитивно пикантный привкус игры в противостояние опасной грубости и ранимой благости: один из собеседников беззлобно матерится, имитируя намерение ошарашить, смутить, оглушить матерщиной, а другой — имитирует смущение и осуждение. Потом — меняются ролями.

Это, в сущности, — игровой ритуал, суть которого — в консерватизме автоидентификации. Аналог — это, например, современные коляды или масленица. В России уже около столетия совсем не колядуют и не празднуют масленицу, и даже не знают смысла этих терминов (не говоря уж о смысле явлений). Но имитация коляд — это достаточно важный инструмент автоидентификации (мы — русские, мы народ, мы наследники).

«Матерная ругань» в настоящее время — это архаизм. Конечно, при инвективной атаке широко используются матерные термины, но не менее широко, скажем, задействованы в этих параметрах и известные зооморфемы.

Гигантская лингвистическая трансформация русского языка началась в эпоху сокрушения крестьянства, Великого Северного Агро, — то есть во времена коллективизации в СССР, в 1930х. С этого времени матерщина начала достаточно быстро постепенно утрачивать функции инвективы (сиречь, ругани). Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS
  • «… Зажги свой огонь.
    Ищи тех, кому нравится, как он горит»
    (Джалалладин Руми)

    «… Есть только один огонь — мой»
    (Федерико Гарсиа Лорка)

    «… Традиция — это передача Огня,
    а не поклонение пеплу»
    (Густав Малер)

    «… Традиционализм не означает привязанность к прошлому.
    Это означает — жить и поступать,
    исходя из принципов, которые имеют вечную ценность»
    (Артур Мёллер ван ден Брук)

    «… Современность – великое время финала игр олимпийских богов,
    когда Зевс передаёт факел тому,
    кого нельзя увидеть и назвать,
    и кто все эти неисчислимые века обитал в нашем сердце!»
    (Глеб Бутузов)