Центр Востока и Запада

      Дикороссы — кочевое племя, обитавшее
на территории России в начале XXI века.

            Анна Павловская. Из частной переписки

В этом году исполняется десять лет, как на литературной карте России возникло новое поэтическое княжество, самопровозгласившее себя коротко и ёмко: «Дикороссы». У истоков создания этого территориально-духоподъёмного множества (не единицы, а именно множества) стояли поэты Юрий Беликов (Пермь), Андрей Канавщиков (Великие Луки), Сергей Кузнечихин и Александр Ёлтышев (Красноярск), Константин Иванов (Новосибирск), Анна Павловская (Минск — Москва), Геннадий Кононов (Пыталово Псковской области), Олег Балезин (Екатеринбург), Сергей Сутулов-Катеринич (Ставрополь), Владимир Монахов (Братск), Сергей Князев (Подольск). К оному княжеству-множеству за промелькнувшие годы приросло и примкнуло — земельно и словесно — немало бесприютных творцов во многом ещё, как оказалось, неисхоженной и невостребованной поэтической России.

А десятилетие назад в московском издательстве «Грааль» при поддержке газеты «Трибуна», где в то время Юрий Беликов учинил и вёл рубрику «Приют неизвестных поэтов», увидела свет книга с одноимённым названием и единственно возможным подзаголовком: «Дикороссы». В том же году в Белокаменной прошёл «собор дикороссов», (продовження…)

Отрывок из романа Олеся Бердника «Огнесмех»

…Нашла в мифах древнейшей Индии чудесное произведение. Там рассказывается, как Вишну воплотился на Земле вепрем, чтобы сражаться с драконами. Победив чудовищ, верховный бог вступил в брак с дикой свиньёй и, наплодив поросят, роскошествовал дружной семьёй, хрюкая в болоте.
На небе переполошились: почему Вишну не возвращается?
Послали вестников, потребовали: вернись на небесный трон!
Вишну-вепрь постоянно отвечал: «Дайте мне спокойствие. Мне хорошо с моими поросятами. Не хочу знать какого-то неба».
Тогда на Землю сошёл сам Шива, ударил трезубцем в сторону Вишну-вепря. Дух бога вышел из поверженного тела, посмотрел на труп кабана, в котором был поселён, засмеялся и поднялся в небо…
Чудесно! Только индусы так иронично могут трактовать наивысшие духовные проблемы. (продовження…)

Глава из романа Олеся Бердника “Камертон Дажбога”

- Учитель! Апостол Иоанн писал: “В Начале было Слово…”
- Течение времени исказило суть мудрости Благой Вести. Надо читать: “Издавна есмь Слово”.
- То есть информация Вселенной вечна?
- Да.
- Из каких источников наполнился этот Океан, который назвали Богом? Ведь Слово есмь у Бога и Слово есмь Бог?
- Творец и Творение едины. Кто видел Сына – тот видел Отца.
- Кто же такой Отец?
- Объединённый Дух всех творящих Отцов.
- Было Начало в этом потоке Бытия? Ведь сказано в Книге Книг: “В Начале сотворил Бог небо и Землю…”
- Издавна творит Дух Отца миры. Каждый миг такого Творения – Начало и Конец. Я рассказывал ученикам две тысячи лет назад притчу о зерне, которое, сохраняя себя, одиноким остаётся, а умирая – богатый урожай даёт. Ты понимаешь суть притчи?
- Да. Это – закон трансформации. Если углубиться в его содержание, то следует страшный вывод: если Отец сохраняет себя – то одиноким останется. Если рождает Сына – то исчезает, умирает…
- Наконец то! Впервые я услышал слово понимания моей простой притчи. Даже мои ученики первого евангельского периода боялись приложить этот радостный закон к Миссии Христа. Ты помнишь, что я ответил Филиппу, когда тот попросил показать Отца?
- “Кто видел меня – видел Отца”. (продовження…)

Прозрения О. Бердника очевидны, но биполярность противоположностей нельзя уничтожить. Просто надо подняться над ними. Противоположности – это неотъемлемые части Целого. Тот, кто поднимается к Целому, тот исцеляется от борьбы противоположностей, исцеляется и становится целым, потому что не становится на сторону той или иной противоположности. Иллюзия заключается в том, что  будто бы противоположности являются самодостаточными. Противоположности не являются самодостаточными. Их источник – целое как Целое!
Все секты и конфессии, которые существуют сегодня, – это ловушки для простаков. «Мировые религии» существуют для того, чтобы ловить людей и не давать им возможности духовно развиваться. Их задача: сдерживать духовное развитие людей. Там где разъединение, там не может быть диалога и любви; там где противостояние, там не может быть Бога. Бог – это Целостность, это Дух Целостности, который исцеляет от ненависти, раздора. (продовження…)

И очевидцы времени иного
На пыльных стенах жухли там и сям

Томас ЭЛИОТ

The sun is setting in the west…

Ныне…
Из варварской мглы ты приходишь
Бронзовым зверем с взором нездешним.
В космах Борея орлиным распятьем
Кружишь над птичье-седыми морями
И заклинаешь свирепые тени,
(продовження…)

Рвётся цепь, и стрелок опускает ружьё

Гилберт Кейт Честертон «Песнь поражения»

И нетронутое разгульными стихиями Древо-Дитя, прорастая из покинутого (неборождёнными счастливцами ли?) танкового остова, благоухает, вознося гибкие цветущие ветви свои к облачным донжонам, тауэрам, базиликам и палаццо. И неустанно философствующие обитатели их, очнувшиеся от бесконечно-отстранённых размышлений и медитаций, с самым искренним удивлением и восхищением рассматривают клейкие душистые цветки, рассыпанные подобно мерцающему бисеру в омытой росой листве. Они хлопают в ладоши и в один голос восклицают: «О, чудо! О, прекраснейшее чудо из чудес! Ныне ты, о, желанное, явилось нам!». Но недолговечная восторженность уступает, таки, место педантичной университетской страсти к классифицированию и упорядоченности. И цветки эти обречённо превращаются в ещё один коллекционный гербарий, факт существования коего подтверждается многосложным нумером в всезнающем Каталоге, куда аккуратным почерком вписываются редкие новинки — будь то микроскопическая букашечка с безымянных островов Юга или же спиральная раковина-исполин, поднятая ныряльщиками-лунариями прямо со дна Лунного Океана.
И ты, позавчера ещё Сознательный Доброволец, так и не покоривший неприступные пики Универсума, падаешь от бессилия и засыпаешь сном монастырского камня под Древом тем. (продовження…)

Открыт новый сайт “История русскоязычной литературы Украины” http://irliua.primordial.org.ua. Здесь можно ознакомиться с концептуальными материалами, сборниками материалов конференций, фотографиями, результатами анкетирований и интервью. Проект осуществлен Отделом славянских литерату Института литературы им. Т. Г. Шевченко НАН Украины и  Центром Востока и Запада “Мезоевразия”.

Протягом кількох останніх років у періодичних виданнях і на наукових зібраннях я піднімав питання про шляхи розвитку та завдання української русистики. Не можу пожалітись на відсутність уваги з боку колег та наукової громадськості до цієї проблеми. Питання слухалось на секції гуманітарних наук НАН України. Були як прибічники, так і опоненти виказаних ідей. Що зрозуміло, бо будь-яка спроба змінити ситуацію у мовно-гуманітарній сфері українсько-російського діалогу постійно наштовхується на відчутний опір. Іноді мовчазний, а часом і досить грімкоголосий. Правда, опонування не вийшло на сторінки наукових та популярних видань і мало переважно характер усних публічних виступів на наукових конференціях і форумах та на захисті дисертації, в якій йшлося про інтерпретацію творчості Миколи Гоголя крізь призму національної русистики. Потреба в такій дискусії назріла, але вона, ймовірно, що і не відбудеться. Є на те багато причин.
<…>
Інше важливе завдання полягає в необхідності модерної інтерпретації російських культурних текстів та історичного минулого Росії. Всім зрозуміло, що без серйозного і об’єктивного осмислення феномену нашого найбільшого сусіда ми позбавлені будь-якої можливості передбачити його поведінку в нинішніх та майбутніх ситуаціях.
<…>
Сьогодні ми змушені визнати, що (продовження…)

Выдающийся вклад в отечественную историю и культуру сделал доктор филологических наук А.Н.Гаркавец, одну за другой издавший несколько огромных книг из письменного наследия кыпчаков. Первая вышла в 2001 году в Алматы – «Армяно-кыпчакская псалтырь» шестнадцатого века (1575 – 1580), автор ее – дьякон Лусиг из Львова. После этого вышли в свет три тома из серии «Кыпчакское письменное наследие», каталог и тексты памятников армянским письмом (Алматы, «Дешт-и-Кыпчак», 2002 – 2011). Четвертым томом стал «Кыпчакский словарь», по армянописьменным памятникам ХVI – ХVII веков (Алматы, 2011). Объем каждой книги огромен, от 92 до 110 печатных авторских листов, это более 1200 страниц текста большого формата. В книгу вошли 110 уникальных кыпчакских письменных памятников, написанных армянской графикой в 16 – 17 веках, иначе – армяно-половецких рукописей. (продовження…)

 “Патріарх Бу-Ба-Бу” Юрій Андрухович пропонує всім українцям (“ще не добитим”)   відкриття «лицарської Слави» своєї країни, слави “мандрованого лицаря-філософа”, “визволителя Панни” (архетип “Персей”) [1]. Цим він повторює західноєвропейського патріарха літератури Генріха Бьолля  (“Очима паяца”, 1963 р.), який не знаходить для свого “лицаря-принца” іншого шляху, крім карнавально-циркового (знаменно, що один із перших романів Бьолля “Потяг прибув вчасно” початково мав назву “Від Львова до Чернівець”). Надалі романи Юрія Андруховича “Рекреації” та “Перверзія” явно перегукуються з такими романами Бьолля “Чим закінчилося одне відрядження” та “Груповий портрет з дамою”.

Не слід перейматися тим, що ідея “лицаря-визволителя Панни” є смішною та споріднена із замилуванням Дон Кіхота лицарською славою раннього Середньовіччя. Не забуваймо, що якщо на крайньому Заході Європи  лицар серця Дульцінеї втілював незалежне існування на “окраїні” суспільства та звільняв каторжників, то на крайньому Сході Європи  лицар Святої Покрови здійснював той же “момент” буття – жив на “окраїні”, звільняв каторжників із турецьких галер… Але якщо ідальго Алонсо Кіхано – герой-меланхолік, то гетьман (генеральний капітан) християнської міліції Сагайдачний – герой-холерик, (продовження…)

Фрагмент книги О. Сулейменова “АЗ и Я”, издательство «Жазушы», Алма-Ата, 1975 
 
     … Многие тюркские этнонимы являются как бы названием племенной тамги  (герба). 
     Особенно заметно это в казахской этнонимике, так как большинство казахских  родов и племен помимо имени сохранили и тамгу. Причем, как правило, знак  древнее названия. Форма знака толковалась неоднократно и это отразилось в  этнонимах. 
     Так тамгой рода «ойък» является круг. А эта геометрическая фигура в  казахском называется – «ойък». Название тамги стало названием рода. 
     Простая черта является тамгой рода «тiлiк», и черта по-казахски – тiлiк. 
     Род балталы весьма гордится своим гербом «балта» (топор), а изображается  он простым крестом. 
     Род найзалы – не менее мужественен. (продовження…)

21-22 жовтня 2011 року на базі Інституту філології Прикарпатського національного університету імені Василя Стефаника (м. Івано-Франківськ, Україна) відбулась
Всеукраїнська науково-практична конференція “ІІ Султанівські читання. Актуальні проблеми викладання літератури у середній та вищій школі”. Конференція присвячена пам’яті знаного на Прикарпатті методиста, культуролога та поета Юрія Ібрагімовича Султанова (1948-2003) http://primordial.org.ua/archives/1118.

З доповідями на пленарному засіданні виступили учні Юрія Султанова – представники Центру Сходу і Заходу “МезоЄвразія” доктор філологічних наук, професор Козлик Ігор Володимирович (“Гносеолого-евристичні вектори творчої спадщини Юрія Султанова”) та кандидат філософських наук Гуцуляк Олег Борисович (“Міжцивілізаційний діалог у методичній спадщині Ю.І. Султанова”), а з доповідями на секційних засіданнях – доктор педагогічних наук, професор Мариновська Оксана Яківна, (продовження…)

Ровесник века Андрей Платонов этим веком до конца еще не понят. То же самое можно сказать и об исповедываемом им космическом мировоззрении. Связь А. Платонова с идеями русского космизма, прежде чем о ней заговорили отечественное и зарубежное литературоведение [1], проявилась уже в самой биографии писателя, в том, что он разделил трудную, порой трагическую судьбу философов-космистов. Репутацию опального профессора и крамольного литератора успел снискать в своей короткой жизни Владимир Соловьев. С. Булгаков, Н. Бердяев, С. Франк, Н. Лосский были высланы из России. П. Флоренский и Г. Шпет закончили свою жизнь в лагерях Гулага. Унизительному идейному досмотру был подвержен В. Вернадский – гений, вытесненный на обочину культурной жизни. Те же слова можно сказать и о Платонове.
Мыслить опасно – это известно со времен Сократа. Как художник-мыслитель Платонов уникален даже в русской литературной традиции: трудно найти другого писателя, которому бы это определение отвечало в такой мере. (продовження…)

З книги есе „Пелюстки сакури”

…У снігу є велика місія. Він – посланець, який передає на землю небесну красу, здатну затьмарити собою всю непривабливу реальність оточуючого світу. І людина, яка дивиться на сніг, мимоволі стає поетом.
…Білий колір не має кордонів і дає можливість відтворити на ньому будь-який малюнок. А людська душа – талановитий художник.
Будь-яке суспільство і будь-яке життя – це картини, намальовані душею людини. Кожен із нас є живописцем свого життя, за яке лише він сам може бути у відповіді.
В який яскравий колір пофарбувати своє життя та створити з нього видатний твір, може вирішити лише твоя душа.

…Зміна сезонів благодатна. Людська душа може іноді піддаватися смуткові, застигати від печалі та горя, але пори року завжди йдуть своєю чергою, ні на мить не уповільнюючи власної ходи. Часом саме ці зміни природи сколихують затверділу душу та м’яко підштовхують людину, яка самотньо стоїть, до нового життя…

… Можливо, людина приходить у цей світ саме для того, щоб стати мужньою перед лицем будь-яких перепон та навчитися насолоджуватися життям.
Життя довге. Бувають періоди, які вимагають від людини лише терпіння. У такі часи слід терпіти, молитися та будь-що продовжувати рух до сонця…

…Одну за одною ми долаємо високі гірські вершини, які пролягають на нашому шляху. (продовження…)

Волны южного моря, накатываясь на прибрежную полосу песка, ласково касались голых ступней. Мир Креп сидел в задумчивости, подбрасывая в руке гладкий камешек. Мысли его были далеко.
Снова, как и тысячелетия назад, вставал вопрос, как поступить, какой выбор сделать. Совет не дал согласия на опыт, хоть в глазах Гора Кама Мир и разглядел печаль. Они словно говорили: «Я был бы счастлив вам поверить, но судьбы людей важнее прогресса науки».
Да, это так. Со времён Мвена Маса прошло три тысячелетия, человечество полностью обустроило солнечную систему, колонизировало несколько сотен планет, но не смогло не только проникнуть сквозь толщу Тамаса – Антимира, но даже взглянуть, что происходит там, внутри. Звездолёты Прямого Луча легко преодолевают колоссальные расстояния, оказываются в любой точке Вселенной, но не способны даже на миллиметр погрузиться в тёмную бездну антивремени и антипространства. Помочь это сделать смогут его знания, его эксперимент, который опять пройдёт тайно, как и предыдущие опыты Бета Лона и Мвена Маса.
Миру Крепу стало плохо. Да, он всё предусмотрел. Да, он выбрал астероид на орбите дальше Плутона, да, в его эксперименте участвуют не сотни людей, а лишь с десяток – верных, отважных друзей, готовых жизнь отдать за исполнение Мечты. Но всё же стоит ли это той ничтожной крохи знания, которые они получат, да и получат ли? Нельзя ведь исключать и вероятность, что их опыт… нет, его опыт, ответственность лежит прежде всего на нём, вызовет аннигиляционный взрыв, который поглотит Солнце со всеми планетами, в том числе и Землёй. (продовження…)

I.

Нервной дрожью в тонких пальцах
Выдает себя тоска
Погоди не приближайся
Но она уже близка
Ты надломлена рыдаешь
Умоляешь подождать
Но совсем не понимаешь
Что должна она забрать
Ты боишься повернуться
И увидеть ее взгляд
Ты не смеешь прикоснуться
Ее кожа это яд
Но когда душа утонет
В той печали что о вас
Тишина тебя надломит
И накроет в тот же час (продовження…)

Сучасний літературний процес в Україні хибує на тенденційність і клановість. Напевне, час такий переживаємо. Одна зі складових такого стану – в хаотичности cамого розвитку та інтерпретування. Причини глибші за мистецькі, але найголовнішу з них все-таки нагадаю: зневіра в перспективи національні й невиразність стратегічного державного мислення в політичної аристократії.
Чому це так важливо для українців? Відповідь проста: сформованість навколо спільних ідей у суспільства відсутня, національна ідея свідомо провалена, квазіліберальні цінності розбещують молодь, в якої почуття патріотизму або викривлене, або знівельоване.
Література не розвивається, вона хаотично відроджується (перманентний ефект Фенікса, який щоразу відроджується із попелу). Суспільство озлоблене, варварський капіталізм вихолощує і спотворює будь-які розмови на теми моралі.
Прикарпаття завжди було унікальним краєм зі своїми традиціями, своїми звичаями, своїм особливим статусом, – важливої складової галицького П’ємонту, де формувалася, збройно захищалася і утверджувалася національна ідея.
Прикарпаття – край воїнів. Роман Шухевич і Василь Кук. Василь Андрусяк і Мирослав Симчич. Сотні й тисячі юнаків і юнок, які загинули, захищаючи ідею вільної України.
Прикарпаття – край політиків. Левко Бачинський і Теофіл Окуневський. Степан Бандера і Степан Ленкавський.
Прикарпаття – край музикантів, художників, письменників. Він завжди славився своєю культурою, своєю літературою. Василь Стефаник, Марко Черемшина, Лесь Мартович, Михайло Яцків, Ярослав Окуневський, Марійка Підгірянка, Юрій Шкрумеляк, Станіслав Вінценз, Михайло Ломацький, Михайло Козоріс, Ірина Вільде, Роман Іваничук, Дмитро Павличко, Роман Федорів, Тарас Мельничук, Степан Пушик, Павло Добрянський, Богдан Бойко, Микола Яновський, Галина Турелик, Неоніла Стефурак, Василь Герасим’юк, Іван Малкович, Юрій Андрухович, Степан Процюк, Тарас Прохасько, Ольга Деркачова, Олег Криштопа, Тетяна Малярчук, Василь Карп’юк, Наталя Ткачик … Тільки один перелік яскравих, талановитих літераторів зайняв би декілька сторінок.
1971 року в Івано-Франківську була створена обласна організація Спілки письменників України (тепер, Національна). (продовження…)

Кем же был Ефремов? Английским шпионом, как анекдотично уверяла отечественная разведка, устроив обыск  после его смерти, ученым, который был признан всем мировым сообществом, писателем, произведения которого  уже давно являются памятником не только научно-фантастической, но и философской мысли? Кем прежде  всего был этот таинственный, но вместе с тем простой и ясный человек, воспитанный ротой красноармейцев в  гражданскую, хлебнувший горя, но не растерявший собственного достоинства и независимости взглядов?
Он был Человеком. Прежде всего. Свободным человеком, для которого не имели значения ранги и  субординация, который в советское время не гнался за партбилетом, но и не был в восторге от американского  образа жизни, как многие “диссиденты”. Человеком, не шаблонно воспринимающим любую теорию, но  пытающимся анализировать и имеющим собственное мнение по всем вопросам.
Ефремова я начал читать где-то лет в 12, причем первым произведением была «Туманность Андромеды». С  первых же строк я был поражен восхитительной поэтичностью ефремовского слога. Иван Антонович умел  удивительно красиво описывать вроде бы простые вещи и эмоции, и в то же время делал это очень легким  языком, без нагромождений ненужных подробностей. Да, фантастические произведения Ефремова насыщены  специфическими терминами, но если рассматривать их с точки зрения чистого писательского искусства, то  выясняется, что слова в его романах, повестях, рассказах связаны друг с другом невидимыми нитями и как бы  вплетены в узор повествования, сама манера письма сразу настраивает на романтический лад. Не зря его  первые рассказы называют “стихотворениями в прозе”. (продовження…)

Останні представники давніх родів Драгоманових і Косачів осіли на Полтавщині і Чернігівщині в к. XVII – поч. XVIII століть. Відтак родина Драгоманових-Косачів, у якій народилася майбутня письменниця Леся Українка, жила за чітко встановленим розкладом родин української аристократичної старшини того часу. Якщо Ольгу Драгоманову-Косач можна охарактеризувати як берегиню української аристократичної родини, то її дочці Ларисі Косач-Квітці (Лесі Українці) судилось стати не лише поетесою, драматургом, публіцистом, а й «духовним вождем» української інтеліґенції зламу минулого століття. Однак з концептуальної категорії «духовний вождь» еліти української суспільности вона перетворилася в радянську епоху на «співачку досвітніх вогнів», «друга робітників». Попри існування великої кількости наукової літератури про суспільно-політичні і філософські погляди Лесі Українки, категорія національної свідомости ще й досі належно не поставлена в лесезнавстві. До цього, очевидно, спричинився той факт, що в силу фальсифікацій і через відсутність відповідних джерел дослідники не володіли повнотою знань про політичну діяльність Лариси Косач-Квітки, іґнорували той факт, що письменниця та її художня спадщина мали вирішальний, безпрецедентний вплив на формування національної свідомости української інтеліґенції, того «панства», з якого сама походила, і на відсутність якого у 70-х роках ХІХ-го ст. вказував її дядько Михайло Драгоманов («Наша Україна не має ні свого попівства, ні панства, ні купецтва, а має доволі розумне від природи мужицтво»). Проте така постановка проблеми ставила під загрозу сам факт існування нації як такої, що не має інтеліґенції, а отже, позбавлена елітарного компонента. Якщо М. Драгоманов уперше в українському русі надав перевагу політичній боротьбі «для праці серед рідного народу», то Леся Українка духовно врятувала націю, яка вже пробудилася, але лишалася ще не свідома свого стану. Тобто з’ява «духа нації» – Лесі Українки – була обумовлена і модельована новою свідомістю і нею ж викликана.

Геніальна у своїй передбачливості О. П. Драгоманова-Косач у 1884 році, добираючи псевдонім дочці, поєднала з іменем України творчу долю своєї тринадцятилітньої Лариси. Відтоді Леся Українка своїм промовистим іменем і словом, глибинно осмисленним, дала нове життя українській літературі в останні роки ХІХ-го століття.

Безперечно, Лариса Косач, дворянка, дочка дійсного статського радника, предводителя повітового дворянства і письменниці Олени Пчілки (також дворянки) мала винятково сприятливі обставини для шліфування вродженого мистецького хисту. (продовження…)

„Енеїда” Івана Котляревського (1798-1809) є унікальним твором, який не має відповідників у польській чи російській культурі. Ні розгульно-гротесковий „Пан Тадеуш” Міцкевича, ані похмурий „Євґеній Онєґін” Пушкіна, попри те, що також є енциклопедіями народного життя, не мають у собі суцільного містично-езотеричного підтексту. В цьому відношенні поема геніяльного українця, котрий гостро відчував і сприймав сучасний йому світ Російської імперії як аномалію, перегукується радше з „Чарівною флейтою” Моцарта.
Власне, Котляревський, як і Моцарт, був вітією таємного товариства. Багато чим він нагадував наших сучасників. У голові – тотальність, честь, слава, клятви, лицарство, влада булави, Гетьманщина, а навкруги – загарбники, окупанти, потворність армійського життя, сіра убогість чиновницького існування, нудота казенної релігії, чужинська інакшість. Все, що має значення для тебе, – не варте нічого. Все, у що ти віриш, – спорохнявіле минуле, якому не судилося відродитися. Попіл. Воно ні для кого не має значення. Твій народ умирає. Його пісні зникають на очах. Твоєю мовою говорять лише упосліджені, безправні селяни. Таких, як ти, – одиниці. І щоб змінити бодай щось, щоб вирватися з полону цієї невідповідності, ти робитимеш усе. Шукатимеш зв’язку із Січчю за Дунаєм, формуватимеш козацькі полки, готові перейти на бік Бонапарта, намагатимешся збурити провінційну шляхту. І писатимеш. Писатимеш свою поему. Про троянців.
Справа в тому, що в минулі століття чимало західноєвропейців цілком серйозно думали, начебто легендарну Трою варто шукати в Києві. Білорус Михалон Литвин, що відвідав у середині 16-го століття українські землі, пише у своєму трактаті „Про вдачі татар, литовців і московитів”: „Так уважається, що й Іліон (Ilium), або Троя (Troiam), колись перебували на київській території (territorio Kioviensi), у найплодючіших степах і наймальовничіших лісах. Тут можна бачити пам’ятники, від яких нині збереглися руїни, підземелля, гроти, мармурові плити й залишки могутніх стін. Це давно покинуте, але досить зручне для перебування місце називається нині Торговиця (Torgovitza)”.
Багато авторів, що також шукали Трою на території України, (продовження…)

Я пока еще не знаю,
Что есть общего у нас.
Но все чаще вспоминаю
Свет твоих зеленых глаз.
Он зеленый и победный -
Словно пламя в глубине.
Верно, скифы не бесследно
Проходили по стране.

Наум Коржавин

ПАМЯТИ ИВАНА БУНИНА

Бродили тавро-скифы. Улыбалось
Им солнце в вышине — Богиня мира.
А на закате, как адепты пира
Богов с людьми, забудут про усталость.

Их — дикий танец. Страшен мыслей нрав.
Звериный стиль милее им и краше.
И жен свирепей нет на свете! Даже
Дым от костра — и тот из тайных трав…

(продовження…)

МАРИНА И ПРИНЦ

Одна девочка, очень умная, такая насупленно независимая, свирепо начитанная, близорукая и очкастая, приземистая и крепкая, ненавидящая свои непристойно круглые щёки и свои мужицкие, в папу, руки и ноги, тайно голодающая и даже пьющая уксус для похудания, при том пренебрежительно неухоженная девочка, – даже уже скорее девушка, -  поначалу просто влюбилась в Юного Принца.
На пятнадцатом году жизни. Что вполне естественно, наверно.
Кстати, – никаких аллегорий, это был это самый настоящий принц. Отец его был Император, мать – дочь Императора.
На портретах он всегда возвышенно и несколько сонно задумчив. Очень, слишком даже, высок. Строен неестественно, притом как-то шаток, непрочен. И – светел, как должно сказочному Принцу. Светло-голубые глаза, неясный уклончивый взор, слишком огромный ребячьи выпуклый белый лоб; надо лбом легчайший светлый кок, искусно взвихрённый, волной. На некоторых портретах к тому же его облегает непорочно белый мундир.

Девочка потом тоже стала знаменитой, – разумеется; иначе никто и не узнал бы об этой странно-обычной истории; пухлая девочка стала классиком Большой Русской Литературы (или это – спорно? полуклассиком ?); в её честь открыли несколько музеев, издали не только все её стихи и рассказы, но и письма, и дневники, и даже мелкие записки; кажется даже улицы где-то назвали её именем; стала она известна как М. И. Цветаева.
Марина проделывала всё, что положено – девочке, избравшей Недостижимого Кумира. Стаскивала в свою комнатку всё, что было связано с Ним. Портреты, картинки повсюду. (продовження…)

Чувство комического − одна из характерных особенностей, присущих человеку, одно из проявлений  эстетического отношения к действительности. Комическое возникает уже на ранней ступени развития общества  как своеобразное отражение сознания человека, восприятия им окружающего мира. Специфика архаического  комизма своеобразна. Постижение его связано с большими трудностями: мы непроизвольно переносим в  далекое прошлое современные представления о смешном, и потому архаический вид комизма современным  человеком всегда переосмыслен. С изменением понятий и представлений претерпевает изменение и чувство  комического. Чтобы понять архаический вид комизма, надо рассматривать его в естественной среде, в той  обстановке, о которой повествуется. Общественно-эпической средой, в которой функционируют нартовские  герои, является военно-дружинный быт. Этот своеобразный быт и психология, отраженные в древнейших слоях  осетинского эпоса, и определяют характер и специфику комического в нем. Здесь комическое еще трудно  отделить от трагического, они синкретичны, образуя то исконное, изначальное единство, которое постепенно со  временем разрушалось. Поэтому смех, шутки Нартов имеют грубонатуралистический жестокий характер. Такой  вид комизма представлен в сказании «Красавица Саха» [1], где в форме исполнения этикета «дружелюбия» и  «поздравления» происходит казнь красивой, но своенравной невесты.
Трагикомический синкретизм лежит и в основе сказания «Как появился фандыр» [2]. В этом сказании «шутка»  нарта Хамыца, мстящего за насмешку, обернулась для Сирдона трагедией. (продовження…)

С превеликой радостью редакция портала «Мезоевразия» сообщает, что в сентябре 2011 года увидит свет долгожданный философско-фантастический роман «Тёмное Пламя» нашего доброго друга, писателя-ефремовца, философа, эколога и общественного деятеля Андрея Козловича. От всей души поздравляем его, а также всех нас с этим, воистину, эпохальным событием! КРАСОТА! АРИСТОН! ВСЕЛЕННАЯ!

Краткая аннотация:

Издательство «Снежный Ком М», Серия «Настоящая фантастика», 400 страниц (офсет), Тип обложки: 7БЦ, Формат: 130×200 мм.
Автор иллюстрации на обложке Татьяна Казакова.
Автор иллюстраций в романе, в стиле иллюстраций к роману И.А. Ефремова «Час Быка», Юлия Меньшикова.

XXIII век. Множество вещей, предсказанных более чем два века назад мыслителем Эрф Ромом в романах «Туманность Андромеды» и «Час Быка», сбылись с пугающей точностью. Кроме одной: предсказания о великой войне, в которой погибнет не менее половины человечества. Звездолёт «Тантра», отправленный к планете Ирида, чьи передачи по Великому Кольцу внезапно оборвались, обнаруживает, что цивилизация на планете погибла. Учёные полагают, что виной тому были рискованные эксперименты иридиан с расщепляющимися материалами.
Однако это не так. Новая экспедиция обнаруживает страшную правду: планету уничтожил массированный ядерный удар из космоса. Межзвёздный фашизм существует.
Разгадать «код Эрф Рома» — значит, спасти Землю.

В очередной раз течение очередной «народной» диктатуры несет нас на рифы баррикад, минуя избирательные участки, где кандидаты от либеральной интеллигенции и не ночевали. В очередной раз мыслящее меньшинство выбирает между Сциллой власти и Харибдой пугачевского бунта. Поэтому не грех будет помянуть великого писателя Леонида Андреева, родившегося 140 лет назад, 21 августа 1871 года. В его творчестве сверкают искры вечного русского мятежа, которые щедро высекали прогрессивные писатели, пока не разгорелось большое гибельное пламя.

Леонид Андреев начал с талантливого сострадания к униженным и оскорбленным. «Баргамот и Гараська», «Петька на даче» и «Ангелочек» — это извечный русский сюжет из рукава гоголевской шинели: жалость к малым сим.

В 1905-м писатель оказался готов принять правду «Очакова» и лейтенанта Шмидта. Его рассказ «Губернатор» был запрещен вместе с журналом «Правда», который его опубликовал. 15 суток он отсидел в Таганской тюрьме за то, что на его квартире прошел «сходняк» ЦК РСДРП. Писатель даже выступил на митинге (в Финляндии, куда он бежал от черносотенцев) с революционной речью.

“Пылкие юноши и девушки пали на баррикадах и пошли на виселицы с благословения нашей великой литературы”.

Вернувшись в Россию, он пишет в 1907 году, году горького похмелья после революционного вина, новеллы «Из рассказа, который никогда не будет окончен» и «Иван Иванович», а в 1909-м выходит его программное произведение «Рассказ о семи повешенных». (продовження…)

1. Временные и пространственные символы

Проблема изучения природы символа является дискуссионной не только в области литературоведения, но и в  области лингвистики, семиотики, философии, психологии, культурологи и др. Однако в информационном  пространстве совершенно точно можно выделить символы поэтические, выступающие, по словам Ю. М. Лотмана,  «геном сюжета», и символы, имеющие архетипическую природу. К первой группе относятся, например, символ  дороги у Н.В. Гоголя, сада – у А.П. Чехова, пустыни – у М.Ю. Лермонтова и т.д., ко второй – например, радуга как  символ надежды, восходящий к библейской легенде, повествующей о событии после всемирного потопа.
Понятие символа многими учеными раскрывается через образ. Аверинцев А.А. в «Литературном  энциклопедическом словаре» дает такое определение: «Символ в искусстве – универсальная эстетическая  категория, раскрывающаяся через сопоставление со смежными категориями – образа художественного, с одной  стороны, знака и аллегории – с другой» [1; 378]. Отсюда вполне закономерен концептуальный ряд: образ –  символ – знак. Действительно символ и знак имеют общие черты: оба построены по трехкомпонентной модели  (означаемое, означающее, семиотическая связка), конвенциональны и т.д. Однако знак в отличие от символа  должен быть не только конвенционален, но и конкретен, например, знаки дорожного движения. Символ же не  подразумевает прямого указания на денотат. «Знаками регулируют движение по земным, водным и воздушным  путям, символы ведут по дорогам жизни» [2; 342]. (продовження…)