Кирилл Серебренитский: Необонапартизм XXI столетия — прорыв из Тильзитского мира

«Необонапартизм XXI столетия — это своеобразный консервативно-авангардный прорыв из «параллельного» измерения, где Россия и наполеоновская Европа НИКОГДА не воевали и создали, таки, единую Евразийскую Империю
В значительной степени — да, (и, собственно, консерватизм, — всегда так или иначе параллельно-историчен; историсофия — это воздух, которым консерватизм дышит, или, точнее — его Антеева почва; а историческая фактология — это, по сути, единственное оружие консерватизма (прогрессизм же имеет обширный арсенал — но все его многочисленные оружия безусловно внеисторичны).
Впрочем, наша история — не совершенно параллельна. Она имеет вполне осязаемую опору в академической истории: июнь 1807, Тильзит (возникновение нашего Комитета де-факто — июнь 2007 — только в этом году появились в Восточном Бонапартистском Комитете первые живые люди, — после публикации моей статьи в «Вокруг света»).
Мы — прорыв из Тильзитского мира, точнее — из геополитического пространства, предполагаемого в статьях Тильзитского секретного договора (создание единой дву-имперской Великой Армии, — под общим оперативным командованием Наполеона).
Тильзит — не фантасмагория, это — стратегический проект: военный союз Двух Империй — Восточной и Западной. Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Кирилл Серебренитский: Почему Бонапарт

Главное в празднике – не праздничное сегодня.
Главное – послепраздничное завтра.
Главное — не то, что через полчаса и до поздней ночи будет необычно и вкусно.
Главное — что, с завтрашнего утра; и – отныне, – навсегда: всё будет хорошо.
До праздников мы просто всё как-то не могли собраться с силами, и ещё – постоянно ошибались. После праздников мы — сосредоточимся. И сделаем, даже без особых усилий, — потому что это же так свежо и весело будет делать, — сделаем так, что всё будет.
Хорошо.

** А теперь – вот: не имя, а, пока что, просто слово: Н а п о л е о н.
Если вдуматься, — оказывается, что для меня это было слово праздничное. С самого начала.
Такое – детское, голодно волнующее. В нём — предчувствие.
Конечно, — прежде всего, — солнечно песчаный тортик., и несёт его, и ставит на стол – моя бабушка.
Имя торта я узнал раньше, чем имя Императора.

** Сегодня праздник: особое чистое свечение и сияние всего. У нас уютно и жарко, а там, за окном, — тихий сумрак, и какой-то вскрик вдали, и морозный лай собачий, от чего усиливается крепкий уют. Симметрично накрыт стол, и, наслаждаясь, купается электричество в советском хрустале, и ныряет в усталое тёмное фамильное серебро. И сам воздух – ванильный и миндальный (конец 1970-х, — слова такие, ваниль, миндаль, — только в детских книжках встречаются, и вплывают в действительность два-три раза в год). Continue reading / Читать далее

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS