• Приоритетом Аналитического Центра "Эсхатон" является этнополитическое просвещение, цель которого - содействовать развитию демократии, построению действительного гражданского общества, расширению участия сознательных граждан в общественной и этнополитической жизни, углублению взаимопонимания между народами, культурами, религиями и цивилизациями.
    Группа АЦ "Эсхатон" ВКонтакте - https://vk.com/club16033091
    Книги АЦ "Эсхатон" - http//geopolitics.mesoeurasia.org


Дмитрий Ольшанский: О постмодерных и модерных сепаратистах

Говорить правду полезно.
А правда состоит в том, что все модные сепаратисты — каталонские, шотландские, косовские, ближневосточные — не имеют никакого отношения к русским сепаратистам от Украины.
Отделение — оно разное бывает, и не так уж важно, кто в каком государстве играет роль центрального правительства, а кто — отделянтов-повстанцев, а имеет значение совсем другое: чего мы хотим и куда мы бежим.
Модные сепаратисты — бегут в сторону «нового порядка», в сторону, извините за надоевшее слово, постмодерна.
В сторону мира, где сложным образом женятся региональные идентичности и глобальное управление из двух обкомов, религиозный фанатизм и университетская политкорректность, миллиардеры и мигранты, интеллектуалы и каннибалы, общинные традиции и анархисты на велосипедах, феминистический матриархат и толпы арабских мачо, принципиальный пацифизм и дикая жестокость, крестьяне и мегаполисы, нью-эйдж и ислам, наконец.
В сторону мира, где все вокруг мозаичное, перепутанное, очень молодое и страшно неопределенное.
И этот мир своих сепаратистов примет и благословит.
Ну а русские отделенцы от Украины…
Помните, как было сказано у детского классика:
«Я бегу на Дон, только не к твоему собачьему Сиверсу, а к генералу Краснову».
Это значит, что русские хотят попасть не в новый порядок, а в старый.
Не в постмодерн, а в модерн.
В мир заводов и фабрик, школ и казарм, портрета Пушкина и портрета Ленина, военных парадов и сталинского ампира домов культуры, где обязательно есть драмкружок, кружок по фото, хоркружок — мне петь охота.
В мир просвещения и порядка, где мигрантов можно загнать на работу к станку, с религиозных фанатиков снять платки, общину выучить грамоте, интеллектуалов выпороть ремнем, а потом заставить их вытереть слезы и показать, как наматывать портянки, феминисткам сказать, чтоб прекратили сережки себе в нос пихать, шалавы, миллиардеров национализировать, каннибалов утилизировать, пацифистов призвать, а глобальному обкому погрозить ядерной бомбой и сказать, чтоб не очень-то задавался, а то мы покажем кузькину мать.
Но этот мир русских не примет и не благословит.
Потому что он не существует.
Он умер…

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Елена Герасимова: Эксцентричность тождества (эскиз сравнения классической и неклассической онтологии)

14446414_1130109703732751_939456356_o1. Два образа философии.

Не случайно книга Делеза «Различие и повторение», представляющая собой событие разрыва с господствовавшей более двух тысячелетий стратегией философствования, начинается с фразы «повторение не есть общность» (1). Тем самым он навсегда устанавливает водораздел между всей философией «от Аристотеля до Гегеля, включая Лейбница» (2), то есть философией Тождества, и призванной, по его мнению, вытеснить ее философией Различия.
Так, философию Тождества определяет стремление найти в основе всех вещей и явлений мира какой-либо общий принцип. Результатом такой установки становится универсальная классификация, внутри которой явления и вещи упорядочены по степени соответствия исходному принципу. Основными способами упорядочения являются аналогия и эквивалентность. Аналогия обусловливает качественную целостность классификации с присущей ей иерархией. При этом то, что характеризуется абсолютным соответствием принципу, окажется в качестве всеобщей идеи на вершине иерархии и в то же время, в качестве ее носителя – субстанции, ляжет в основу всех явлений и вещей. Соответственно эквивалентность определяет количественные рамки классификации. При этом явления и вещи, не соответствующие данному принципу, то есть не попадающие под аналогию или выпадающие из эквивалентности, остаются просто за пределом данной картины мира. Тем самым исходная установка философии Тождества постулирует, в конечном счете, наличие единого центра мира (принцип-идея-субстанция) и заданных им границ (явления и вещи, отобранные посредством аналогии и эквивалентности), которыми и определяется стихия общности.
Между тем, в мире существует множество повторяющихся явлений и вещей, которые, тем не менее, могут быть объяснены с точки зрения того или иного общего принципа разве что частично, либо же – не могут быть объяснены исходя из данного конкретного принципа, или, наконец, не могут быть объяснены на основе принципа вообще. Так, например, Человек, представляемый в качестве статистической единицы, есть не более чем элемент общности, но как незаменимая индивидуальность он является объектом повторения. Уникальность произведения искусства, особенность периодически возобновляющегося праздника или ритуала, символическая равноценность дара в противовес экономической эквивалентности сделки, непредсказуемость события, изменившего ход истории, – это все то, что не соответствует критериям системы общности, но постоянно повторяется. Continue reading

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Елена Герасимова: Версии трансгрессии

Примечание: см. что такое «трансгрессия» [*]. 250_3

Версия первая: “Вскользь” (Бальзак-Барт).

 Книга Барта “S/Z” — анализ новеллы Бальзака “Сарразин”. В конце книги Барт пишет: “Все символическое пространство новеллы занято одним единственным объектом… Этот объект — человеческое тело, о топологических трансгрессиях которого как раз и повествуется в новелле “Сарразин”.” (1, стр. 236)

/Что такое трансгрессия?/

Читаю книгу с конца — в приложении дана новелла.

Мировая антитетика.

Итак, сначала, у Бальзака: “Я был погружен в глубокую задумчивость, как это случается подчас со всяким, даже самым легкомысленным человеком, в разгар шумного празднества. Часы Елисейского дворца Бурбонов только что пробили полночь. Сидя в проеме окна и скрытый волнистыми складками муаровой портьеры, я без помехи мог созерцать сад особняка, где проводил этот вечер. Неясные силуэты деревьев, наполовину засыпанных снегом, смутно выступали на сероватом фоне облачного неба, слабо освещенного луной. В этой призрачной обстановке они отдаленно напоминали привидения, полузакутанные в свои саваны, — гигантское воспроизведение знаменитой “Пляски мертвецов”. Обернувшись в противоположную сторону, я мог любоваться пляской живых существ! Роскошный зал, украшенный по стенам серебром и золотом, сверкающие люстры, горящие огнем бесчисленных свечей. Здесь толпились, двигались, порхали, словно бабочки, самые красивые женщины Парижа, самые богатые и знатные…” (1, стр. 240)

Что у Барта: “Наиболее устойчивой из риторических фигур является Антитеза; ее очевидная функция заключается в том, чтобы, при помощи такого металингвистического инструмента как имя, освятить (и освоить) принцип разделенности и неслиянности противоположностей. Испокон веков Антитеза призвана разъединять; она ищет опору в самой природе противоположностей — природе, которой свойственна непримиримость. Члены Антитезы отличаются друг от друга не просто наличием или отсутствием того или иного признака (что характерно для обычной парадигматической оппозиции), но тем, что оба они маркированы: их различие не отнюдь не вытекает из диалектического процесса взаимодополнения (невесомость против полновесности); напротив, Антитеза — это противоборство двух полновесных элементов, застывших друг перед другом в ритуальной позе, словно два тяжело вооруженных воина;..” (1, стр. 39). Continue reading

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Володимир Єрмоленко: І ти божевільно шукаєш, кому і чому сказати «так»

tumblr_odbjrfhgp41rwj8llo1_500Месії минулого вели всіх за собою, месії сучасності посилають всіх нах. Найпопулярніша фігура сучасності: Той-що-в-скалі-сидить-і-показує-всім-фак. Той-хто-послав-усіх-нах. Це — святий сучасного світу, пустельник і відлюдник, святий Антоній ХХІ століття, який всіх послав нах і саме тому став об’єктом поклоніння.

Масова культура саме за це і змагається: як найбільш витончено / радикально / смішно послати всіх нах.

Публіці подобається, коли всіх посилають нах, бо вона, публіка, ніколи не зараховує себе в категорію «всіх». Бо вона, публіка, теж усіх посилає нах (за винятком, звісно, себе).

Трагедія тоталітаризмів ХХ століття полягала в тому, що ти не міг сказати «ні». Трагікомедія ХХІ століття полягає в тому, що сказати «ні» стало занадто просто. І ти божевільно шукаєш, кому і чому сказати «так».

Ця тенденція веде до самодеструкції людей і суспільств, але вона не фатальна. Достатньо лише пам’ятати про свою обмеженість. Бачити в інших можливість, а не загрозу. Прагнути казати «так» важливим речам.

І інколи посилати нах своє бажання послати всіх нах.

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Олег Гуцуляк: Модерн, модернизм, Постмодерн и постмодернизм (определение понятий)

170Модерн – это то, что у нас принято называть Новое время (с его рационализмом и сциентизмом).

Тойнби современность с 1917 г. и назвал Постмодерном, потому что в политику влились иррациональные составляющие европейского духа (их анализировали Ф. Ницше и О.Шпенглер).

Модернизм – это волюнтаристское экстремистское отрицание мира Модерна,

а постмодернизм – это перверсивное не-экстремистское отрицание все того же Модерна.

Отождествлять Модерн с модернизмом и Постмодерн с постмодернизмом нельзя.

Также следует учесть, что в искусстве модернизма среди группы стилей есть и «модерн»(главным образом в дизайне и архитектуре), но его нельзя отождествлять с Модерном.

Если Модерн (Новое время) – это абсолютизация Рацио с доведением его до абсурда в гностических практиках коммунизма, фашизма и евразийства,

то Постмодерн — это именно указание на важности, а то и превалировании ИР-РАЦИО (вера, воля, чувства, интуиция).

Ранее Постмодерн сражался именно с Модерном, самоопределялся, так сказать, «апофатически» (т.е. через отрицание предыдущего — Модерна), и орудиями тут были модернизм (как волюнтаристские экстремистские практики) и постмодернизм (как перверсивные не-экстремистские практики).

Но теперь нужда именно в «катафатическом» самоопределении Постмодерна, предложении новых практик. Некоторые предагают неомодернизм (http://www.mesoeurasia.org/dokumentyi/andrej-pylypenko-manyfest-neomoderna), некоторые — метамодернизм (http://www.mesoeurasia.org/dokumentyi/manyfest-metamodernysta).

Задача Постмодерна состоит в том, чтобы вывести ИР-РАЦИО как освобожденную Деву-Невесту-в-Белом из порабощения в глубинах пещер РАЦИО-Дракона-Модерна (пожурив её за предыдущую инфантильную увлеченность состоянием апокалиптической «Девы-Наездницы-в-Красном»). Continue reading

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Манифест метамодерниста

moonrise-kingdom1. Мы признаем, что колебания — естественный миропорядок.

2. Мы должны освободиться от столетия модернистской идеологической наивности и циничной неискренности его внебрачного ребёнка (постмодернизма, — прим.).

3. Впредь движение должно осуществляться путём колебаний между положениями с диаметрально противоположными идеями, действующими как пульсирующие полюса колоссальной электрической машины, приводящей мир в действие.

4. Мы признаём ограничения, присущие всякому движению и восприятию, и тщетностью любых попыток вырваться за пределы, означенные таковыми. Неотъемлемая незавершённость системы влечёт необходимость приверженности ей, не ради достижения заданного результата и рабского следования её курсу, но скорее ради возможности нечаянно косвенно подглядеть некую скрытую внешнюю сторону. Существование обогатится, если мы будем браться за свою задачу, как будто эти пределы могут быть преодолены, ибо таковое действие раскрывает мир.

5. Всё сущее захвачено необратимым сползанием к состоянию максимального энтропийного несходства. Художественное творение возможно лишь при условии происхождения от этой разницы или раскрытия таковой. На его зенит воздействует непосредственное восприятие разницы как таковой. Ролью искусства должно быть исследование обещания его собственных парадоксальных амбиций путём подталкивания крайности к присутствию.

6. Настоящее является симптомом двойственного рождения безотлагательности и угасания. Сегодня мы в равной степени отданы ностальгии и футуризму. Новые технологии дают возможность одновременного восприятия и разыгрывания событий с множества позиций. Эти возникающие сети, отнюдь не сигнализирующие о его угасании, способствуют демократизации истории, освещению развилок, вдоль которых её грандиозное повествование может странствовать здесь и сейчас.

7. Точно так же, как наука стремится к поэтической элегантности, художники могут пуститься в искания истины. Вся информация являет почву для знания, будь то эмпирического или афористического, независимо от её правдоценности. Мы должны принять научно-поэтический синтез и информированную наивность магического реализма. Ошибка порождает смысл.

8. Мы предлагаем прагматичный романтизм, не скованный идеологическими устоями. Таким образом, метамодернизм следует определить как переменчивое состояние между и за пределами иронии и искренности, наивности и осведомлённости, релятивизма и истины, оптимизма и сомнения, в поисках множественности несоизмеримых и неуловимых горизонтов. Мы должны двигаться вперёд и колебаться!

Автор: Люк Тёрнер (Luke Turner). Британский художник и автор артистических перформансов. Известен своим совместным проектом с голливудским актёром Шайей ЛаБафом и финнской художницей Настей Саде Ронкко.

Перевод манифеста выполнен Дмитрием Ерохиным и Александром Филоновым.

Текст на английском языке: http://www.metamodernism.org

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Дмитрий Межуев: Две анархии

Исторически анархизм — инверсия либерализма, суть буржуазная идеология, что очевидно по современному неолиберализму и его утопиям, носящим либертарный характер.

Однако, раб, прол тоже не способен помыслить свободу иначе, как анархию, ни бога, ни начальства, ни закона, прол расслабляется. Кстати, реальный индустриальный пролетариат необычайно раскрепощён, вплоть до потрахатся или покурить драпу на работе, или постебатся над президентом или патриархом в небесах. В этом выражен рабский принцип немедленного удовлетворения, что имеет два важных последствия: во-первых, пролы — маги, во-вторых, пролетариат не может принять отсроченное удовлетворение революции и утопии.

Таким образом, можно говорить о двух анархизмах: буржуазном и пролетарском. Continue reading

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Алексей Ильинов: Древо-Дитя и Поход Сознательного Добровольца

Рвётся цепь, и стрелок опускает ружьё

Гилберт Кейт Честертон «Песнь поражения»

И нетронутое разгульными стихиями Древо-Дитя, прорастая из покинутого (неборождёнными счастливцами ли?) танкового остова, благоухает, вознося гибкие цветущие ветви свои к облачным донжонам, тауэрам, базиликам и палаццо. И неустанно философствующие обитатели их, очнувшиеся от бесконечно-отстранённых размышлений и медитаций, с самым искренним удивлением и восхищением рассматривают клейкие душистые цветки, рассыпанные подобно мерцающему бисеру в омытой росой листве. Они хлопают в ладоши и в один голос восклицают: «О, чудо! О, прекраснейшее чудо из чудес! Ныне ты, о, желанное, явилось нам!». Но недолговечная восторженность уступает, таки, место педантичной университетской страсти к классифицированию и упорядоченности. И цветки эти обречённо превращаются в ещё один коллекционный гербарий, факт существования коего подтверждается многосложным нумером в всезнающем Каталоге, куда аккуратным почерком вписываются редкие новинки — будь то микроскопическая букашечка с безымянных островов Юга или же спиральная раковина-исполин, поднятая ныряльщиками-лунариями прямо со дна Лунного Океана.
И ты, позавчера ещё Сознательный Доброволец, так и не покоривший неприступные пики Универсума, падаешь от бессилия и засыпаешь сном монастырского камня под Древом тем. Continue reading

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS

Дмитрий Межуев: Лиотар Джина Махавира!

Всё новое хорошо забытое старое!

Что такое постмодернизм? Основная характерная черта постмодерна — плюрализм истин. Что это? Это никому не приходит в голову почему то! Это анархия, постмодернизм — это анархизм. А леваки всё критикуют постмодернизм, и критика их уничтожительна. На то есть серьёзные причины, анархия не может знать себя, она не может ни с чем отождествится, и далеко не всегда, если вы спросите анархиста анархист ли он, он ответит утвердительно, как бы это ни было курьёзно, он может даже отрицать то, что он анархист. Вот так и случилось с постмодернизмом, и он уже повлёк за собою серьёзные социальные последствия, например становление полицентричного мира глобализации, становление континентальных рынков в рамках которых государства вынуждены поступится суверинететом, очень такие анархичные последствия.

Однако не стоит непосредственно отождествлять постмодернизм с тем комплексом леваческих и либертарных идей, который принято называть анархизмом. Отождествить постмодернизм можно разве что с онтологическим анархизмом Хаким Бея – это философский анархизм. Вот здесь собака и зарыта, весь этот антиинтеллектуалистский пафос проповеди постмодернистов, всё это отрицание фалло-лого центризма, метанарративов и прочая есть отрицание того утончённого насилия, которое присуще дискурсивным способам постижения реальности. Это насилие философских спекуляций, насилие объективации реальности. Таким образом, постмодернизм — это анархия ненасилия в таком толстовском духе. У Льва Толстого было два великих ученика: отец Георгий Гапон и Махатма Ганди. Ганди джайн, и здесь начинается самое интересное.

Всё новое хорошо забытое старое.

Если мы проведём паралели между джайнизмом и постмодернизмом, то будем потрясены их практической тождественностью. Continue reading

Сохранить в:

  • Twitter
  • Grabr
  • WebDigg
  • Community-Seo
  • email
  • Facebook
  • FriendFeed
  • Google Bookmarks
  • Yandex
  • Memori
  • MisterWong
  • BobrDobr
  • Moemesto
  • News2
  • Live
  • MSN Reporter
  • MySpace
  • PDF
  • RSS
  • «… Зажги свой огонь.
    Ищи тех, кому нравится, как он горит»
    (Джалалладин Руми)


    «… Традиция — это передача Огня,
    а не поклонение пеплу»
    (Густав Малер)


    «… Tradition is not the worship of ashes, but the preservation of fire»
    (Gustav Mahler)

    «… Традиционализм не означает привязанность к прошлому.
    Это означает — жить и поступать,
    исходя из принципов, которые имеют вечную ценность»
    (Артур Мёллер ван ден Брук)


    «… Современность – великое время финала игр олимпийских богов,
    когда Зевс передаёт факел тому,
    кого нельзя увидеть и назвать,
    и кто все эти неисчислимые века обитал в нашем сердце!»
    (Глеб Бутузов)